Это был тот же самый Шут, который служил Элокару, так что Навани знала этого человека уже несколько лет. И все же сейчас он был… другим. Навани часто замечала, как они с Ясной заговорщицки перешептываются во время встреч. Он обращался с Навани, да и со всеми остальными, так, словно знал их близко. В этом Шуте была какая-то тайна, которую Навани никогда не замечала во время правления Элокара. Может быть, он делался похожим на монарха, которому служил.
Он шел следом за Ясной, с мечом в серебряных ножнах на бедре, чуть растянув губы в улыбке. Шут всегда выглядел так, словно обдумывал шутку в адрес конкретного человека, которую никто другой не посмел бы сказать ему в лицо из чувства приличия.
– Вижу, у нас есть карта, – заметила Ясна. – И новый генерал.
– В самом деле, – ответил Норка, читая цифры войск над Азиром.
– Что скажете? – спросила Ясна, как всегда практичная.
Норка продолжал свой осмотр. Навани попыталась угадать, какие выводы он сделает. Война шла на двух главных фронтах. В Макабаке – регионе, охватывающем Азир и множество небольших королевств, окружающих его, – коалиционные силы продолжали сражаться с певцами за королевство Эмул. Затянувшиеся конфликты были лишь последними в череде войн, которые оставили королевство, некогда величественное, раздираемым войной и разбитым.
Пока ни у одной из сторон не было преимущества. Азирские армии с помощью алетийских стратегов отвоевали часть территории в Северном Эмуле. Однако они не осмеливались продвигаться слишком далеко, поскольку ближе к югу в игру могла вступить «дикая» карта этого региона. Позади войск Вражды расположилась армия Тезима, бога-жреца. Они теперь знали, что этого человека на самом деле звали Ишар и был он древним Вестником, впавшим в безумие.
К сожалению, в последнее время Тезим вел себя тихо. Далинар надеялся, что он обрушится на тыловые линии певцов, заставив их сражаться на два фронта. Пока что жестокие бои в Эмуле приостановились. Коалиция могла легко протянуть свои линии снабжения через Клятвенные врата на севере и тайленский флот на юге. В распоряжении врага было множество бывших паршунов и доступ к большому количеству иррегулярных войск – в данном случае Сплавленных.
Норка вникал в детали этого фронта, с интересом изучая цифры по кораблям и флоту.
– Вы контролируете все Южные Глубины?
– У врага есть флот, украденный у Тайлены, – сказала Ясна. – У нас – только те корабли, которые удалось построить с тех пор, и те, которые избежали этой участи. Так что наше дальнейшее господство не гарантировано. Но после исключительной победы флота Фэн четыре месяца назад противник отступил в воды ириали далеко на северо-западе. В настоящее время они, похоже, довольны тем, что контролируют северные моря, в то время как мы контролируем южные.
Норка кивнул и двинулся на восток, осматривая второй из двух фронтов: линию между Алеткаром и Йа-Кеведом. Здесь захваченная родина Навани стала надежным плацдармом для врага, который сражался с силами коалиции во главе с Таравангианом и Далинаром.
Бои на этом фронте в основном сводились к стычкам на границе. Сплавленные до сих пор отказывались участвовать в традиционных крупномасштабных сражениях – и большая часть границы между Алеткаром и Йа-Кеведом пролегала по труднопроходимой местности, что позволяло бродячим бандам с обеих сторон совершать набеги, а затем исчезать.
Далинар чувствовал, что вскоре коалиции придется предпринять крупное наступление. Навани соглашалась. Затяжной характер этой войны давал преимущество противнику. Численность Сияющих в коалиции увеличивалась медленно, особенно с учетом того, что спрены чести отказывались от поддержки. Однако вражеские певцы – прежде необученные – с каждым днем становились все лучше, и появлялось все больше и больше Сплавленных. Далинар хотел вторгнуться в Алеткар и захватить столицу.
Норка брел через призрачные горы вдоль алетийской границы. До сих пор, помимо рейдов, Далинар сосредоточился на захвате контроля над юго-западным краем Алеткара – той частью, которая соприкасалась с Таратским морем, – чтобы укрепить военно-морское превосходство коалиции на юге. Близость Йа-Кеведа и Клятвенных врат в Веденаре позволяла им выставлять здесь войска и быстро снабжать их всем необходимым.
Это была единственная часть Алеткара, которую они пока отвоевали. И она находилась далеко, очень далеко от столицы – Холинара. Надо было что-то делать. День ото дня их соотечественники жили под гнетом врага. С каждым днем враг окапывался все прочнее, питая свои армии потом фермеров-алети.
Это была глубокая, неутихающая боль – думать об Алеткаре и понимать, что они, по сути, народ в изгнании здесь, в Уритиру. Они потеряли свое государство, и, как знала Навани, Далинар винил в этом себя. Он считал, что, если бы ему удалось подавить ссоры великих князей и закончить войну на Расколотых равнинах, Алеткар устоял бы.
