Навани посмотрела на часы, которые носила в корпусе фабриаля на левой руке. Вот буря! Приближалось время встречи монархов. Ей не следовало опаздывать после того, как она столько раз упрекала Далинара за небрежность в обращении со временем.
– Посмотрим, куда приведет тебя твое воображение, – повторила она Фалилару. – Ты потратил годы на строительство мостов через ущелья. Давай узнаем, как построить мост в небеса.
– Будет сделано. – он взял коробку. – Это гениально, светлость. Действительно гениально.
Навани улыбнулась. Им нравилось так говорить, и она ценила это стремление. Правда заключалась в том, что она просто знала, как обуздать гений других, – и надеялась обуздать бурю.
К счастью, Навани прибыла на встречу заранее. В предназначенную для этого комнату на самом верху башни Далинар несколько месяцев назад заставил каждого монарха принести себе кресло.
Навани вспомнила напряженность тех первых встреч, когда каждый говорил осторожно – с тревогой, как будто рядом дремал белоспинник. Теперь здесь царили шум и болтовня. Она знала большинство министров и чиновников по именам и расспрашивала об их семьях. Заметила, что Далинар дружелюбно болтает с королевой Фэн и Кмаклом.
Это было замечательно. В другое время объединение сил алети, веденцев, тайленцев и азирцев показалось бы самой невероятной вещью, случившейся за многие поколения. К сожалению, подтолкнуть к этому могли большие чудеса – и угрозы.
И все же это оживление внушало Навани оптимизм. До тех пор пока она не повернулась и не столкнулась лицом к лицу с Таравангианом.
Добродушный старик отпустил жиденькую бородку и усы, что придало ему сходство со старыми учеными с древних картин. Можно было легко представить себе эту фигуру в мантии как некоего гуру, сидящего в святилище и рассуждающего о природе бурь и душах людей.
– Ах, светлость! Я еще не поздравил вас с успехом вашего летающего корабля. Мне не терпится увидеть схемы, как только вы будете расположены ими поделиться.
Навани кивнула. Исчезла притворная невинность, лицемерная глупость, которую Таравангиан так долго напускал на себя. Менее значительный человек мог бы упорствовать в своей лжи. К чести Таравангиана, как только Убийца в Белом присоединился к Далинару, он отказался от старой роли и немедленно перешел к новой: политического гения.
– Как идут дела дома, Таравангиан? – спросила Навани.
– Мы достигли соглашения. Как я подозреваю, вы уже знаете, светлость. Я выбрал себе нового наследника из веденского рода, утвержденного великими князьями, и позаботился о том, чтобы Харбрант перешел к моей дочери. Пока что веденцы видят правду: мы не можем ссориться из-за мелочей во время вторжения.
– Это хорошо. – Навани безуспешно попыталась скрыть холодность в голосе. – Жаль, что мы не сможем прибегнуть к военной помощи веденской элиты, не говоря уже об их лучших молодых солдатах. Все они отправились в могилы в бессмысленной гражданской войне всего за несколько месяцев до прихода Бури бурь.
– Как вы думаете, светлость, веденский король принял бы предложение Далинара об объединении? Неужели вы действительно думаете, что старый Ханаванар – параноик, который провел годы, стравливая собственных великих князей друг с другом, присоединился бы к этой коалиции? Его смерть вполне могла стать лучшим событием в жизни Алеткара. Подумайте об этом, светлость, прежде чем от ваших обвинений в этой комнате вспыхнет пожар.
К сожалению, он был прав. Вряд ли покойный король Йа-Кеведа прислушался бы к Далинару – веденцы были глубоко обижены на Черного Шипа. Само существование коалиции поначалу стало возможным потому, что Таравангиан присоединился к ней, принеся с собой мощь сломленного, но все еще грандиозного Йа-Кеведа.
– Было бы легче принять вашу добрую волю, ваше величество, – сказала Навани, – если бы вы не пытались подорвать доверие к моему мужу, раскрывая секретную информацию коалиции.
Таравангиан подошел ближе, и Навани запаниковала в глубине души. Этот человек приводил ее в ужас, поняла она. Ее инстинкты реагировали на него как на вражеского солдата с мечом. И все же, в конце концов, один человек с мечом не представлял угрозы для королевств. А этот старик одурачил самых умных людей в мире. Он хитростью проник во внутренний круг Далинара. Он выставил их недоумками, захватив трон Йа-Кеведа. И все его восхваляли.
Он был по-настоящему опасен.
Навани сдержала желание отпрянуть, когда Таравангиан наклонился ближе; казалось, ничего дурного он не замышлял. Старик был ниже ростом, и с его телосложением было сложно кого-то подавлять своим присутствием.
