– Ну что, старина Лео, вот мы и нашли лагерь молодых иухи. Здесь они останавливаются перед своим знаменитым паломничеством. Надо лишь пойти по их следам, и те выведут нас туда, куда нужно, – к разгадке тайны. Что скажешь?
Лев выразил свое неодобрение при помощи короткого рыка.
– И что это значит?
Но Тераи и сам уже понял: к гроту тропинка действительно подходила, вот только там она и заканчивалась.
– Стало быть, они возвращаются по своим же следам, чтобы где-то свернуть в сторону. А сюда они приходят лишь для того, чтобы с удобствами переночевать… Опять не то?
Лев принюхался и, ничего не ответив, двинулся вглубь пещеры. Тераи последовал за ним и вскоре обнаружил в одной из расселин несколько факелов и целую кучу свечей из растительного воска, которыми иухи освещали свои хижины.
– Что ж, вероятно, это означает, что снаружи никакого прохода через Барьер нет, и его нужно искать здесь, внутри! Надеюсь, нам удастся по нему пробраться. Эти тонкокостные иухи – прирожденные спелеологи, в отличие от нас!
Тераи вытащил из мешка атомный фонарь. Не захватив с собой ни одного факела или свечи, они двинулись вглубь пещеры. Вначале идти было легко: перед ними открывалась длинная сухая галерея с мертвыми беловатыми сталактитами. Затем начались трудности, и Тераи пришлось дважды воспользоваться портативным молекулярным буром, чтобы расширить проход. Наконец они очутились в просторном зале со спокойным подземным озерцом, где и заночевали.
Тут они тоже не были первыми: мусор и сгоревшие факелы указывали на то, что паломники останавливались в этом месте.
Дальше не попадалось по-настоящему трудных проходов: узкие щели давным-давно были расширены металлическими кирками, следы которых проступали из-под известковых налетов; об особо опасных местах заранее, еще за пару десятков метров, предупреждали красные знаки на стенах, а вдоль пропастей тянулись примитивные поручни. В одном месте пришлось даже пройти по небольшому мостику, совсем недавно укрепленному стволами деревьев. Все говорило о том, что иухи регулярно проходят по этой дороге и стараются содержать ее в порядке.
К вечеру второго дня они снова увидели свет: над какой-то долиной, лесистой и болотистой, заходило солнце. На противоположном берегу ленивой реки деревья карабкались на склоны третьей цепи гор, гораздо более низкой, нежели Барьер.
Пещера, из которой они выбирались, была меньше первой и выходила прямо на закат. В ней они и заночевали.
Пользуясь последними отсветами дня, Тераи осмотрел ближайшие подступы к гроту, спустившись по тропинке, которая была тут не столь отчетливой и давно уже поросла травой. Однако ниже, метрах в пятистах, она соединялась с другой, более широкой тропой, идущей с юга. Убежденный, что цель близка, он вернулся в пещеру.
Ночь выдалась ужасной. Вскоре после наступления темноты поднялся ветер, завывавший в деревьях и со свистом проносившийся по кустам. Затем обрушился ливень, и им пришлось отойти подальше от входа, где окатывало как из ведра. Закутавшийся в одеяло Тераи спал плохо. Лео лежал рядом, согревая его своим теплом. Сверхлев тоже волновался и время от времени глухо рычал во сне. Когда уже начинало светать, Тераи вдруг овладело странное чувство: какая-то срочная необходимость словно подталкивала его к тому, чтобы разжечь костер и приготовить скромный завтрак еще до восхода солнца. Ему казалось – он и сам не смог бы сказать почему, – что разгадать тайну иухи непременно следует в этот же день. Какая-то неведомая сила тащила его вперед, и с каждой минутой – все настойчивее и настойчивее. Должно быть, Лео чувствовал то же самое, так как, едва проглотив свой кусок сырого мяса, тут же прошел к выходу из пещеры, повернулся к Тераи и призывно взрычал.
– Хорошо, Лео, выступаем! Не знаю, что мы найдем – свою ли судьбу, как Мак, или же смерть, как многие иухи, – но знаю, что это случится сегодня. И будь я проклят, если понимаю, откуда мне это известно!
Дождь прекратился. Жалкая заря уже пробивалась сквозь клубившиеся над Барьером тучи, но почва под ногами все еще напоминала пропитанную водой губку, а с листвы деревьев на спины путников проливался настоящий душ. Лео тут же промок, шерсть его прилипла к шкуре, но если обычно он часами лежал, обсыхая и слизывая воду, то сейчас шествовал по тропе, не выказывая ни малейшего недовольства. Между тем тропа, по мере того как в нее вливались другие, становилась все более и более широкой. Тераи следовал за Лео с карабином в руке и лазером за поясом, готовый к любым неожиданностям. Так они шли несколько часов, не видя ничего, кроме тропы и мокрых кустов по сторонам, не замечая ни одного крупного животного – разве что редких жучков в трещинах коры.
В полдень они остановились под выступом песчаника – пришло время по-быстрому перекусить. За время в пути гнетущая их тревога утихла, но сейчас снова вернулась вместе с ощущением, что они теряют драгоценное время, что нужно как можно быстрее идти вперед.
