Лео рычал, в быстром жесте выбрасывая вперед лапу с выпущенными когтями. Перед ним из воды поднималась треугольная голова, принадлежавшая рептилии. Лапрад уже вскинул ружье. Голова разлетелась от удара тяжелой пули.
– Болотный боа! Разумеется, это не настоящий удав и даже не рептилия, но ничуть не лучше. Если бы не Лео, мы прошли бы мимо, ничего не заметив, и сейчас нас было бы на одного меньше. Они достигают в длину пятнадцати-двадцати метров! – Лапрад обернулся к туземцам и спросил о чем-то с озабоченным видом. – К счастью, это редкие животные. Мои носильщики утверждают, что здесь их никогда не видели. Я им верю, потому что сам раз двадцать проходил через это болото и прежде болотный боа мне никогда не встречался. Скорее, прибавим шагу, мне станет гораздо спокойнее, когда мы отсюда выберемся.
К вечеру местность начала повышаться, и они заночевали под гигантским деревом на сухой земле. На следующее утро Стелла почувствовала себя усталой, ее сильно лихорадило, но она решила, что это с непривычки, из-за трудного перехода. Весь день она еле плелась. Раза два или три она порывалась заговорить об этом с Лапрадом, но сдерживалась: иди или подыхай, сказал он, и она не решилась жаловаться, а удовольствовалась тем, что проглотила тайком две таблетки панвакцины.
В ту ночь она спала плохо и проснулась перед рассветом. Кругом было тихо. Лео нес вахту, опустив голову на скрещенные лапы. Лапрад и Гропа отдыхали чуть поодаль, завернувшись в свои одеяла. Стелле было холодно, но она ощущала где-то в животе воспаленную жгучую точку. Осторожно проведя рукой по животу, она тихонько вскрикнула: чуть пониже пупка пальцы ее нащупали под кожей опухоль размером с куриное яйцо. Отойдя в сторону, она расстегнула комбинезон: да, это была опухоль, красноватая в свете электрического фонарика. Когда Стелла возвращалась к лагерю, ее вдруг пронзила острая боль.
– Месье Лапрад!
Резко распрямившись, Тераи тут же вскинул ружье:
– В чем дело?
Стелла объяснила и в слабом свете зари увидела, как он побледнел.
– Сколько у вас было приступов?
– Один.
– Уф, значит, еще не поздно. Гропа, подъем!
Тераи пнул инженера под ребра, и тот вскочил, вне себя от ярости.
– Аптечку, скорее! Вопрос жизни или смерти! Ложитесь на спину, мадемуазель, я вас срочно прооперирую. Не бойтесь, я уже имел дело с такими случаями. Эй, вы, держите ее, чтобы не дергалась! На анестезию нет времени. Акоара! Тилембе! Ота ези раи! Кила ниамба ето!
Туземцы подскочили к девушке и навалились ей на ноги, в то время как перепуганный Гропа удерживал ее руки, а Лапрад прокаливал скальпель и пинцет.
Обнажив ей живот, он быстрым и точным движением разрезал кожу над опухолью. Брызнула кровь, он осушил ее тампоном, осторожно раздвинул края разреза.
Полумертвая от страха, Стелла стонала от боли, но не осмеливалась пошевельнуться. Лапрад уже рылся в ране пинцетом.
– Ага, вот оно! Вы спасены, но мы едва успели.
Он бросил на землю беловатый, испачканный кровью комок и влил в рану антисептик.
– Если бы вы мне сказали об этом вчера, можно было бы избежать операции, обойтись одним хинином. А так – еще несколько минут, и вам бы уже ничто не помогло. Смотрите, она уже созрела, вот она, лопается!
Стелла повернула голову в ту сторону, куда он указывал своей огромной рукой. Беловатый комок, лежавший на земле, лопнул, и из него вылилась масса мелких амебовидных шариков.
– Акоара, сита ето!
Носильщик вылил на кишащую кучку немного спирта и поджег.
– Что это было?
– Ниамба, которую вы подцепили вчера, когда упали в лужу. Это паразит, который внедряется под кожу на животе и очень быстро размножается в своей оболочке. Когда ниамбы созревают, они выделяют особую кислоту, разъедающую брюшную стенку, и сразу растекаются по всей полости. После этого остается только пустить себе пулю в лоб. Они пожирают человека живьем! Господи, неужели вы не почувствовали острого укола, когда упали в воду?
Не переставая говорить, он зарядил сшиватель и быстро поставил две скобки. Стелла поморщилась от боли.
– Почувствовала, но не придала этому особого внимания. Я как раз переодевалась и подумала, что это комар.
– В этих чертовых болотах на все надо обращать внимание! А вчера вы чувствовали себя усталой, у вас был жар, так ведь? Надо было сказать мне!
– Могли бы сами осведомиться о моем здоровье, вместо того чтобы искать блох у вашего льва!
– Лео во многом – настоящий ребенок: если я не буду следить за ним, он совсем запаршивеет. Но вы-то вроде как взрослая! Там, куда мы направляемся, придется все время быть начеку. Если вы на это не способны, протянете недолго. Впрочем, мне все равно следовало предупредить вас… Даже странно, что я этого не сделал!
– Когда я вас спросила, как раз появился боа…
