– В основном от скуки. Звездная гвардия вовсе не такая, как думают простаки. Никаких тебе космических пиратов, эти ожидания не оправдались, только в фантастических романах берут на абордаж летящий звездолет. Остается картография, но это однообразно. Я просил перевести меня в исследовательский корпус, но мне отказали, и я подал в отставку. С тех пор веду исследования на свой страх и риск. А ради заработка иногда перебрасываю грузы, законные или незаконные, как на сей раз. – Он помолчал. – Вы мне нравитесь, Лапрад. Я думаю, ваш замысел может сработать, но, возможно, кое-какая помощь вам не помешает. Что скажете, если я предложу вам союз? Может, у меня с ММБ свои счеты…
– А ваша «Молния»?
– Мой помощник пару месяцев справится с ней и без меня.
– Если мы проиграем, на Земле вас объявят вне закона.
– Я и так уже вне закона.
Тераи смерил его долгим взглядом:
– Простите мою подозрительность, но я недавно обжегся. Откуда мне знать, что вы не шпион Хендерсона?
Фландри громко расхохотался:
– Раз так, неужели я доставил бы вам целый арсенал, с помощью которого вы намерены свернуть им всем шею?
– Хендерсон вполне способен рискнуть по-крупному, лишь бы узнать мои планы. Что значат для него несколько десятков или даже сотен трупов? Нет, если вы хотите остаться со мной, то должны найти вескую причину, чтобы я принял вас в союзники.
– Я уже сказал: у меня с ММБ свои счеты…
– Слишком туманно!
Фландри глубоко вздохнул:
– Ладно. Я расскажу вам, хотя это может показаться самой нелепой мелодрамой. Вы согласились стать проводником для мисс Хендерсон, так ведь? В каких вы были с ней отношениях?
– Я полагал, что в дружеских. Она обвела меня вокруг пальца.
– Возможно. Она рассказывала вам о своих студенческих годах?
– Да.
– О своей первой любви?
– Да.
– А имя назвала?
– Нет.
– Поль был моим младшим братом, Лапрад. Молодой физик с блестящим будущим, как принято выражаться. Но будущее оказалось коротким и закончилось в груде железа: его машина сорвалась с шоссе на скорости сто восемьдесят километров в час. Меня не было на Земле, когда это произошло, но я отыскал остов его автомобиля на свалке металлолома прежде, чем его успели отправить под пресс. Так вот, рулевое управление было намеренно повреждено. У меня нет доказательств, но несложно представить, что идиллическая связь между нищим Полем Фландри и Стеллой Хендерсон нравилась далеко не всем. Разумеется, расследования как такового не было. Еще один молодой безумец разбился – эка важность! Теперь вы понимаете, почему я ненавижу ММБ и его хозяина? И я не думаю, Лапрад, что мисс Хендерсон хотела вас предать. Поль был сама честность и никогда не полюбил бы девушку, которая не была бы в этом похожа на него. Вероятно, ее обманули, так же как и вас.
– Она могла измениться. Богатство растлевает души.
– Вы и сами богаты.
– Деньги у меня действительно есть, но на богатство, на имущественное положение мне настолько наплевать, что я предоставляю другим возможность приумножать мой капитал и до этого года не тратил на себя и двадцатой части моих доходов.
– Вы ведь ее любите, не так ли?
– А вас это как касается?
– Да, никак, тут вы правы. Ну что, вы принимаете мое предложение?
– Я только приветствую любую искреннюю помощь, Фландри!
Солнце золотило саванну, красные палатки второй армии Кено ярко горели в его лучах позади лагеря ихамбэ. Тераи потянулся. Вдали, на травяной равнине, маневрировали, рассредоточившись, черные фигурки – смешанные отряды ихамбэ и кеноитов под командованием Фландри.
– Наконец-то я применю знания, – сказал накануне Фландри Лапраду, – которые считал совершенно бесполезными: мне их вдолбили еще в кадетской школе. Продвижение перебежками под огнем противника, маневры сближения, расстановка пулеметов и так далее и тому подобное!
Справа ветер доносил трескотню выстрелов: там тренировались отборные солдаты. Клон-Сифо, кеноитский генерал, подошел к Тераи:
– Скоро, господин Лапрад, мы будем готовы.
– Ага, к тому, чтобы разгромить несколько вооруженных отрядов горожан. Если бы пришлось иметь дело с регулярной армией… В общем, постараемся справиться и будем надеяться, что нам не придется сражаться по-настоящему.
Он поднялся со стула и направился к штабной палатке. Навстречу ему гигантскими прыжками устремился Лео и упал у его ног с тяжелой грацией хищника, радостно хлеща траву хвостом.
– Да, я вернулся, дружище! Нет, больше я тебя не покину, никогда не покину, обещаю. Ты – это все, что у меня осталось.
Родители… Лаэле… Стелла…
Тераи вздрогнул. Почему вообще в его мыслях Стелла стоит рядом с его родителями и женой? Она обманула его, обвела вокруг пальца, воспользовалась им в своей борьбе против того, что ему было дорого. И однако, он не мог ее ненавидеть. У него перед глазами вновь и вновь вставал ее образ: Стелла в лагере ихамбэ, на Ируандике, той ужасной ночью в Кено, но особенно во время танца Трех Лун, когда он прижимал ее к себе, а она отвечала на его поцелуи…
Он тряхнул головой:
