– Бородинская битва состоялась 26 августа 812 года. Скоро мы будем отмечать её 117– летие. Всё сражение длилось около 14 часов. Погибло в нём почти сто тысяч человек: русских и французов. Семь раз за время сражения позиции переходили из рук в руки, но к вечеру французы были вынуждены отступить. Им так и не удалось разбить Русскую Армию. Именно это сражение и решило судьбу Наполеоновской Армии, после Бородина началось изгнание врага из России. В ознаменование этой победу русский царь Александр 1 в 1819 году в своих «чертогах» решил создать галерею героев и, пригласил художника Джорджа Лоу, который и написал 332 портрета русских генералов, участвовавших в войне 12 года бородинской битве. Смотрите сюда, ребята,– она показала деревянной указкой вправо, вдоль узкой галереи, – вон там, в самом начале галереи мы видим портрет русского царя Александра 1 на коне. Но, он, царь, в бородинской битве не участвовал. Войсками командовал фельдмаршал Михаил Илларионович Кутузов. Вот его портрет, – и она указала на портрет рядом на стене справа. На нем во весь рост стоял пожилой мужчина.
– « Кутузов! Вот он какой! Михаил Илларионович! Стоит, – Вовка напрягся как волк и встал по стойке смирно перед фельдмаршалом. Он и раньше слышал о нём, но ещё никогда не видел. Ордена, погоны, лента, рукой указывает в сторону. Волк посмотрел за портрет. Там тоже портреты генералов. Он подошел ближе и стал читать фамилии.
– «Де-нис Да-вы-дов. Вот кто это! Вот он какой! Похож на крестьянина, такой же, только мундир и награды. Генерал. И глаза блестят на портрете.
О Кутузове и о Давыдове ему рассказывал Лёнька в школе, в Скрипино. Он продолжал стоять по стойке «Смироно».
– Знаешь, кто это, – спросила экскурсовод.
– Да, это Денис Давыдов. Герой! Партизан!
– Да, мальчик,– это герой. Сам Наполеон его боялся и приказал поймать и убить его. И послал против него большой отряд солдат. Но Давыдов со своими партизанами изрубил врагов, а живых взял в плен. А ещё Давыдов был поэт:
– Я Вас люблю без страха, опасенья,
– Ни неба, ни Земли, ни Пензы, ни Москвы,
– Я мог бы Вас любить глухим, лишенным зренья,
– Я Вас люблю затем, что это – Вы!…
Всю ночь Волку снилась Бородинская битва: грязь, кровь, запах дыма, кони, крики людей. Там, вдали, на пригорке стоял фельдмаршал Кутузов в зимней шубе и указывал ему, солдату Овчинникову, вдаль, где в окружении своих генералов важно сидел, положив одну ногу на барабан, сам Наполеон.
– Вперёд, за мной, – прокричал Давыдов, и, Волк, вскочил на коня и помчался в бой.
Решение было принято окончательное: он будет военным. Жаль ждать ещё пять лет. Это решение его окрепло, когда он прочел надпись на камне: «Здесь лежит Суворов» на могиле великого полководца в Александро-Невской Лавре. Он принял стойку «Смирно» и поклялся всю свою жизнь посвятить защите Родины на могиле фельдмаршала Кутузова в Казанском соборе…
А осенью пришла трагическая весть из Скрипина. Кулаки убили Ивана Макаровича, застрелили прямо на пороге сельсовета выстрелом в голову, поздно вечером. Выстрел этот эхом пролетел над деревней, и Василиса, почуяв неладное, побежала навстречу и нашла его мёртвого на пороге. Хоронили всей округой, отряд красноармейцев прошел строем перед гробом и был дан салют. Так и осталась Василиса опять одна. Так и проживёт всю свою оставшуюся жизнь без мужчины, свято веря в идеи коммунизма, и останется им преданной до конца.
В феврале 1931 года все труженики «Столярной мастерской Миронова не получили зарплату. Из-за возросших налогов, цен на древесину, подорожания электроэнергии, арендной платы за помещение, денег полученных после продажи изделий не хватило на зарплату. Политика Государства менялась. Иван Поликарпович собрал всех и сказал:
– Мастерскую закрываем. Всем оставаться здесь, вот деньги, – он достал из кошелька несколько купюр,– это на пропитание, пока не выгонят из помещения, – и протянул их «секретарю». Я еду сейчас к друзьям на 2-ю мебельную фабрику. Она создается сейчас на базе мебельной фабрики Халтурина, что была на Карповке. Ждите.
И через три дня весь коллектив « Мастерской Миронова» перешел на работу на 2-й деревообрабатывающий завод «Главдерева». Вовка, Петька и Илья были приняты учениками столяра и получили места в общежитии, и талоны на питание на фабрике-кухне, открытой в помещении бывшего склада фабрики Мельцера. Так Владимир Овчинников, шестнадцати лет отроду, влился в большой коммунистический коллектив. Началась новая, интересная, полная, радостная жизнь.
– Овчинников! Как Вы относитесь к религии? – спросил Секретарь Фабричного комитета комсомола, что сидел в центре в центре, застеленного красной скатертью стола, среди других членов комитета.
Волк, одетый в новую белую рубашку, настоящий мужской галстук красного цвета, белые брюки и белые парусиновые туфли, стоял один перед членами Комитета комсомола и отвечал на вопросы.
– Я не отношусь к религии. Я отношусь к рабочей молодёжи, отношусь к Советской Власти, отношусь к вождям мирового пролетариата и отношусь положительно восторженно и с уважением. Ак Религии я не отношусь вообще.
