В этот же период мы ознакомились и с работой военной почты. Проверили, насколько быстро она проводит свои операции по сортировке, доставке писем адресатам. И еще раз убедились, что наша славная полевая почта службу свою исполняет безупречно.
Кстати, заправляли здесь всеми делами молодые девушки и женщины. Когда мы встретились с ними и разговорились, то услышали такие слова:
— Мы хорошо понимаем, на каком ответственном участке трудимся. Ведь в каждом конверте, в каждом проходящем через наши руки треугольнике заключена частица чьей-то души. Как тут не отдашь работе все силы!
Да, девушки действительно все очень хорошо понимали.
А в политотделе мы обсудили задачи почты в период предстоящего наступления. Прикинули, сколько потребуется дополнительно ей мотоциклов, другой техники, где все это взять. Свои прикидки согласовали с командиром корпуса, штабами дивизий. А уже затем направили в политотделы соединений соответствующие распоряжения.
В этот период значительная работа была проведена и с командным составом. В клубных землянках, о которых я уже рассказывал, мы периодически собирали средний комсостав, доводили до него содержание приказов Верховного Главнокомандующего, сообщали об обстановке на других фронтах, о героическом труде советских людей в тылу. Беседы, как правило, завершали обзором международных событий.
Видное место в этой работе занимали вопросы нравственного воспитания командиров. Мы подробно говорили об их чести и достоинстве, об отношении к подчиненным им красноармейцам и сержантам, обсуждали значение личного примера командира в бою, его поведения вне боя и т. п. Сразу скажу, что наиболее полно и последовательно эти проблемы поднимались в дивизии, где начальником политотдела был полковник С. М. Саркисьян. Здесь имелась глубоко продуманная программа тематических выступлений политотдельцев перед командным составом подразделений.
— Я придаю этим выступлениям очень большое значение, — поделился как-то в личной беседе со мной полковник Саркисьян. — Почему? Да потому, что большинство молодых командиров, если даже не все, имеют сейчас лишь ускоренную подготовку. Их, конечно, научили командовать ротой, взводом, организовывать и вести бой. Но вот что касается вопросов, так сказать, эстетического воспитания, то… Иной лейтенант, смотришь, только-только звездочки на погоны нацепил, а туда же — нос задрал, не подходи к нему. Как же, в начальство вышел! А другой, наоборот, сразу же растворился в красноармейской массе, не видно его и не слышно. Ну а третий… Тому море по колено: сквернословит, бражничает при каждом удобном случае. Вот всем этим начинающим мы и стараемся помочь. И будьте уверены, введем в нормальную колею. Из них потом дельные командиры выйдут.
Широкое распространение в те дни получили и беседы на исторические темы. Естественно, в военном аспекте. Политработники знакомили слушателей с ратными делами наших знаменитых предков — Александра Невского, Дмитрия Донского, Козьмы Минина и Дмитрия Пожарского, рассказывали о победных баталиях под Полтавой, Измаилом, на Бородинском поле. Рассматривались и другие известные сражения. И надо сказать, что такие беседы пробуждали в сердцах наших командиров гордость за свою великую Родину, ее народ, который никогда не склонял головы перед иноземными захватчиками.
Правда, вначале, когда нам порекомендовали проводить беседы по данной теме, мы оказались в довольно затруднительном положении. Это и понятно. Ведь наши пропагандисты не располагали тогда готовыми материалами для бесед, выступать приходилось по памяти.
Срочно были приняты меры к поиску нужной литературы. Кое-что нашли в походных клубах, другое одолжили в местных школах и библиотеках. И дело пошло лучше.
Следует сказать, что темы этих бесед мы всегда тесно увязывали с задачами Красной Армии в данной войне, широко пропагандировали боевые традиции частей и соединений корпуса. Первым подал такой пример начподив полковник А. С. Пантюхов, подготовивший интересную лекцию о боевом пути своей Дебальцевской дивизии.
Помнится, на одной из бесед, на которой речь шла о воинской доблести, ее объективной оценке и естественном праве героя на поощрение, один из слушателей сказал:
— Все это верно, товарищи. Но вот только знаете, что бывает обидным? А то, что представление к награде напишут, а потом оно где-то ходит, ходит… Наконец через несколько месяцев поступает команда: вручить такому-то бойцу орден или медаль. А того и в живых уже нет, похоронка домой отправлена. Думаю, надо бы расторопнее это дело делать. По горячим следам людей поощрять. Так-то лучше!
Это очень правильное пожелание мы довели до сведения командования корпуса и дивизий. В штабах к нему отнеслись с пониманием, приняли меры к ускорению прохождения наградных документов.
И снова слово о саперах.
