Однажды два вражеских истребителя зажали машину Ковалева в клещи и принудили к посадке на своем аэродроме. Пользуясь темнотой и разностью скоростей, летчик произвел имитацию посадки с промазом и, маневрируя над самой землей, ушел в направлении к лесу, опять удачно использовав момент внезапности.
Как-то Тимофей Алексеевич доставил в тыл противника двух командиров-разведчиков. Посадка прошла успешно, но разведчики по дороге в деревню подверглись нападению немцев. Ковалев был уже в воздухе, когда увидел, что товарищи попали в беду. Он вновь немедленно пошел на посадку, подрулил совсем близко к разведчикам, и они с ходу забрались в кабину. Гитлеровцы начали обстрел (потом в машине насчитали до ста пробоин), но Ковалев все же успел взлететь. Разведчиков же он доставил в другой пункт.
Живой по натуре, общительный, Ковалев пользовался большой любовью товарищей.
За время войны Т. А. Ковалев совершил 672 вылета, из них 32 по особому заданию командования. Боевые дела этого летчика были высоко оценены Родиной. Он стал Героем Советского Союза.
23 июня 1944 года началась грандиозная операция "Багратион". В ночь накануне наступления наша дивизия должна была нанести удар с воздуха по указанным ей целям. Как только стемнело, в небо поднялись одиночные самолеты. Они сбросили над вражескими позициями светящиеся бомбы на парашютах. Окружающая местность на всю глубину обороны противника стала хорошо видна. И тотчас вылетели наши боевые эскадрильи. Они обрушили массированный бомбовой удар на хорошо видимые цели. Одновременно с бомбометанием экипажи следили за передвижением резервов противника к линии фронта. Немецкие зенитные орудия вели яростный обстрел, но наши летчики удачно уходили из-под огня и вновь появлялись над вражескими позициями.
Утром 23 июня ударили тысячи артиллерийских орудий. А затем пошли в наступление наши танки и пехота.
Сказали свое веское слово и партизаны Белоруссии. С 20 по 26 июня они провели несколько крупных диверсий на железных и шоссейных дорогах в полосе наступления 3-го Белорусского фронта.
Вечером 23 июня вновь начала действовать ночная авиация. Мы бомбили отходившие войска противника, разрушали железнодорожные пути, вели непрерывную разведку. За эту ночь летчики дивизии провели около ста боевых вылетов.
В первый же день наступления войска фронта вплотную подошли к железной дороге Витебск - Орша. Наши эскадрильи, нанося противнику бомбовые удары, помогли стрелковым частям освободить станцию Замосточье и перерезать железнодорожную магистраль. Летчики дивизии бомбили шоссейные дороги, идущие к Витебску с запада и юга, остров Юрьев - возвышенность, господствовавшую над местностью и названную островом потому, что она находилась среди непроходимых болот. Совместно с другими авиачастями полки нашей дивизии участвовали в массированном налете на Богушевск. Этим был обеспечен его быстрый захват наземными войсками.
Кольцо вокруг Витебска сжималось все плотнее, и наконец 26 июня город был взят штурмом. Вражеские части пытались с боями прорываться на запад, но делать это им мешали бомбовые удары, которые наши летчики наносили не только ночью, но и днем.
В эти дни в полках дивизии прошли короткие митинги. Зачитывался приказ Верховного Главнокомандующего в связи с овладением войсками 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов крупным областным центром Белоруссии городом Витебск. В приказе говорилось: "В ознаменование одержанной победы представить наиболее отличившиеся части и соединения к присвоению наименования Витебских". Это наименование получила и наша авиадивизия.
27 июня советские войска вошли в Оршу, а 28 июня освободили город Лепель. Движение наших частей было таким стремительным, что мы едва успевали переносить аэродромы ближе к переднему краю.
Обычно По-2 появлялись над немецкими позициями незаметно, тихо, но вот перед форсированием реки Березина в ночь на 30 июня наши летчики с шумом носились над немецким передним краем. Делалось это, чтобы обеспечить скрытность подхода наших частей.
Войска фронта вышли на минское направление. В эти дни мы перебазировались в район озера Лукомльского. Штаб дивизии разместился в деревне Заборье. Здесь мы задержались на несколько дней из-за отсутствия горючего. Работники батальона аэродромного обслуживания (БАО), эти самоотверженные труженики, как правило, нас никогда не подводили, но тут им трудно было угнаться за нами.
