Маша была в шоке, каким-то образом Максима украли, к тому же она отчего-то уснула дорогой и даже глаза продрала с трудом, когда хозяйка примчалась. «Как же так? Как не углядела? Как не спасла? Что я теперь Владимиру Сергеевичу скажу?» — сокрушалась она, пялясь в монитор, выглядывая из-за спины низенького мужика в форме.
— Вот, смотрите, входит девушка. Камера ей в спину, а впереди почему-то камеры нет, — произнёс лейтенант.
— Она есть, но сразу за углом. Когда человек выходит из этого коридора, его видно, — заверил охранник.
— Видно. Что тут видно? Забрала и пятясь задом ушла назад. Кроме спины ничего нет. Может, вы по одежде её опознаете? — спросил капитан.
— Это нянька наша. Вчера инцидент был с участием полиции. Там её адрес, наверное, есть. Маш, ну глянь, это же Сенька. Шляпа эта её дурацкая и пальтишко. Утонченный девятнадцатый век. Она украла, больше некому. Я же её уволила вчера, и даже шмотки её с курьером передали. Найдите Максимку, пожалуйста, — жалобным голосом тараторила Люба, смахивая слёзы.
— Да, одежда похожа и рост такой же. Неужели это действительно Арсения, господи, не может быть?! — воскликнула Мария, прикрывая рот рукой.
— Николай Иванович, распечатайте мне вот этот кадр и этот. А у вас есть фото пасынка, Любовь Юрьевна?
— Да, в телефоне. Могу переслать, — шмыгнула носом Люба.
Маша тяжело осела на стул у стены. Хотелось написать Арсении и сказать о том, что случилось. А вдруг ребёнок у неё? Тогда она только спугнёт, и ребёнка перепрячут. Но зачем ей красть малыша, тем более при брате? Сердце тревожно стучало, за Максимку было неспокойно, ещё и голова, как назло, кружилась. Мария взяла себя в руки и увидела, как хозяйка сидит за столом вместо охранника и на скорую руку пишет заявление о пропаже.
— Езжайте домой, девушки. Мы сейчас узнаем адрес Калининой у следователя Вохромейцева и тут же поедем к ней. Будем держать вас в курсе поисков. Вы телефон мужа написали? Отлично.
— Любовь Юрьевна, вы переволновались, может, не будете садиться за руль? Есть же услуги платного водителя, — забеспокоилась Маша, выводя шатающуюся хозяйку из кабинета охраны.
— Да, ты права. Маш, позвони сама, в моём телефоне номер есть. Что-то плохо мне.
— Может, в больницу? Нет, лучше домой. Вдруг Максимку быстро найдут.
Маша кивнула головой и повела хозяйку на свежий воздух, поддерживая под руку, хотя у самой состояние было не лучше.
Арсения с самого утра рвалась вернуться в дом Полонских, но Султан её остановил. Лезть на рожон к такой неадекватной женщине было нельзя. Султан удивлялся, как этот Володя умудрился жениться на такой, да ещё и ребёнка с ней зачать.
— Сана, я обещаю, что мы сможем увидеть малыша. Позвоним Марии по видеосвязи. А пока твой телефон заряжается, будь добра, сядь и позавтракай. Парни уже поели, — Султан поставил на стол тарелку с кашей.
— Вот вечно ты так. Я же не заложница. Имею право сама передвигаться в пределах города.
— Имеешь. Но пойми, этот мальчик для тебя никто. Он же не твой сын? Ты была просто его няней. Я так думаю, что тебя даже на порог дома не пустят.
— Пустят, я позвоню Владимиру, и он прикажет пусть. Я обещала позаботиться о мальчике, пока его нет. Сам же говоришь, что от Полонской можно всего ожидать, — Арсения села за стол, но кусок в горло не лез.
Помешав кашу, она съела одну ложку и отодвинула тарелку. Почему-то на душе было тревожно, как будто что-то должно произойти.
— Султанчик, миленький, ну давай съездим туда, а? — взмолилась она. — Я даю гарантию, Володя разрешит нам увидеться с сыном.
— Володя?! Значит он для тебя уже Володя?! Порядочная женщина не будет путаться с женатым мужчиной! А его жена, о ней ты подумала?! Эта баба чуть не упекла тебя один раз в тюрьму из ревности! Хочется продолжения банкета?! Я тебя оберегаю, понимаешь, потому что не знаю, что эта женщина выкинет в следующий раз! — заорал Султан на эмоциях, отчего его акцент стал ещё больше выделяться.
— Ты обо мне ничего не знаешь! Я не любовница Полонского! — Арсения тоже повысила голос.
Внезапно раздалась трель видеодомофона. На экране были сотрудники полиции.
— Полиция, открывайте, — рявкнул какой-то мужичок, телосложением похожий на бочонок.
— Заходите, — Султан нажал на кнопку открытия калитки. — Шульц вчера сказал, что дело закрыто. Зачем явились?
Арсения выбежала в холл и открыла двери. Двое полицейских ввалились в дом с гневными лицами.
— Где Максим Полонский?! Отдайте ребёнка, госпожа Калинина! — ледяным тоном произнес мужчина в форме капитана.
— Что значит где? Дома, со служанкой и мачехой.
— Ребёнка украли час назад из поликлиники. Узнаёте себя? — долговязый лейтенант развернул перед Сеней лист с чёрно белой фотографией.
— Что за чушь? Я была дома. Господи, Султан, я говорила ещё вчера, что мне нужно к мальчику.
— Что происходит, Султан? — во второго этажа спустился Халил, а за ним охрана.
Султан ответил, а капитан нахмурился.
— Попрошу говорить по-русски. Или хотя бы по-английски. Знаю язык плохо, но пойму, — на ломаном английском языке сказал лейтенант.
