— Господин Полонский, вы понимаете, что у вас гипертонический криз, давление сто девяносто на сто шестьдесят. Вам немедленно нужно под капельницу. Если нет средств, то мы перевезём вас в первую городскую, она недалеко, — строго произнёс врач.
— Деньги есть. Просто я никогда не страдал давлением.
— А вы что думаете, криз бывает только у гипертоников? — хмыкнул пожилой мужчина растянув губы в усмешке.
— Вова, вот давай ты сейчас не будешь геройствовать и останешься хотя бы на пару дней тут, — умоляющим тоном попросил друг.
— Ты не понимаешь, Миха. Эта стерва узнает, что я болен, и никуда не полетит.
— Ничего, это мы решим. Доктор, оформляйте его, он остаётся у вас.
Через некоторое время Володя лежал на кровати в больничной пижаме, а рядом сидел друг.
— Вот, сейчас тебе здоровье поправят и будешь как огурец. Доктор мне сказал, что тебе завтра будет лучше. Но всё равно стоит отдохнуть пару дней от работы. Посиди дома, Вовка, я уж сам как-то. Любе я сейчас позвоню. Скажу, что ты нажрался до состояния свинтус и спишь у меня. Няньке смс пошли, чтобы не волновалась. Ну, забухал, с кем не бывает, — хохотнул Миша.
— Спасибо дружище. Ярика от меня поблагодари. Я ему романтический ужин испортил.
— Хах, сколько их ещё будет, переживёт. Ярик вообще понятливый. Поеду. Возьму твою тачку. Завтра, если что, звони.
Михаил ободряюще сжал плечо и ушёл. Володя проводил его взглядом до дверей и прикрыл глаза. Палата тут была одноместная со своей уборной, что очень удобно. Никто не помешает ночью своим храпом. Володя прикрыл глаза, чувствуя, что боль в голове отступила. Ему явно становилось лучше. Внезапно он спохватился, что нужно написать Арсении и вспомнил о родителях. Он нашарил валявшийся рядом телефон и позвонил другу.
— Миша, моим родителям ни слова. Я с матерью в ссоре. Видеть её не хочу, — поспешил сказать он.
— Понял. Твоей жене сообщу когда приеду домой. Пока. Выздоравливай, — ответил друг и отключился.
Володя стал набирать смс Арсении. «Я в больнице, но ничего серьёзного. Жена должна думать, что я пью. Завтра буду дома», — написал он, почему-то не хотелось, чтобы Арсения приняла его за алкаша.
Володя лежал на кровати и смотрел на медленно капающий раствор. После невыносимой жары пришёл озноб, в глазах плясали чёрные точки, но головная боль отступала. Прибежала медсестричка, быстро взяла необходимые анализы и упорхнула. Володя подумал, что сервис в этой клинике на высшем уровне. На тумбочке у кровати стоял стакан и литровая бутылка не газированной минеральной воды. Медсестра предупредила, что, если вода закончится, можно попросить ещё. Откровенно говоря, Володя хотел пить и, когда пришли снимать капельницу, попросил помочь напиться.
Он был удручён, что его внезапно подкосила болезнь. Боялся, что жена прознает и никуда не улетит. Её папочка разрешит улаживать дела заместителю, а дочку оставит с больным мужем. Полонскому не хотелось, чтобы эта мымра за ним ухаживала. Пусть катится в Москву и сидит там.
С трудом поднявшись, Володя пошатываясь дошёл до уборной, потом снова лёг на кровать. В палате была расслабляющая тишина, хотелось спать, и он прикрыл глаза.
Утром его разбудил какой-то стук. Полонский открыл глаза и увидел девушку в белом халате, но уже не ту, что заходила к нему ночью измерить давление.
— Доброе утро, Владимир Сергеевич. Я принесла вам завтрак. Сейчас схожу за тонометром, — улыбнулась девушка.
— Доброе утро, — улыбнулся Володя, чувствуя себя лучше, чем вчера.
Он встал и пошёл умываться, когда вернулся из уборной, девушка уже ждала его. Измерив давление, она сказала, что скоро придёт врач, и ушла. Водя сел кушать. На завтрак подали овсяную кашу, какао и кусочек хлеба с сыром. Он с удовольствием поел и прошёлся по комнате. Голова не кружилась, он чувствовал себя гораздо лучше.
Вскоре появился врач, тот самый, что принимал его вчера.
— Доброе утро, Владимир Сергеевич. Как мы себя чувствуем? — деловито спросил пожилой мужчина.
— Доброе утро, Семён Петрович. Не сказал бы, что прекрасно, но определённо не плохо, — улыбнулся Владимир, садясь на кровать.
Врач взял стул и присел рядом. Снова измерил давление и достал из кармана блистер.
— У вас снова давление, небольшое: сто сорок на сто, но таблетку выпить стоит, — Семён Петрович протянул на ладони пилюлю.
Володя запил лекарство и только тогда поинтересовался:
— Меня можно отсюда выпнуть?
— Острите, молодой человек, это хорошо, значит, идёте на поправку, — усмехнулся врач. — Отпустить я вас могу. Давление небольшое, сердцебиение в норме. Анализы у вас хорошие. Но вы должны понимать, Владимир Сергеевич, что просто так я вас не отпущу.
— Что я для этого должен сделать? — спросил Полонский с серьезным выражением лица.
