На следующий день, позавтракав в буфете (столовая не работала) продолжили знакомство с Москвой. На этот раз Сашка с Игорем отправились в Даниловский универмаг. Там, в секции мужской одежды, купили брюки-клеш и рубашки с короткими рукавами, чтобы не привлекать внимание военных патрулей. Их в центре было немало.
То и дело приходилось козырять, а то и предъявлять документы для проверки. Малиновые удостоверения производили магическое действие, «курсантов» тут же отпускали, провожая недоуменными взглядами.
Выходные пролетели как чудесный сон, в половине восьмого понедельника, группа, доехав на метро к Белорусскому вокзалу с чувством внутреннего трепета, подходила к дому 3 на Ленинградском проспекте.
Это был четырехэтажное серого цвета здание, слева под углом примыкало еще одно. С фасада, внутрь вела дубовая дверь с бронзовыми рукоятками, открыв стали втягиваться внутрь.
В высоком просторном холле, отделанном светлым мрамором, с хрустальными люстрами под потолком, слева на возвышении алело бархатное знамя, сбоку вытянулся курсант в парадной форме и с автоматом на плече. На противоположной стене висели гранитные плиты с выбитыми на них золотом фамилиями. На полу ковровая дорожка.
Два прапорщика на входе проверили у всех документы, прошли по ней вперед.
Ровно в восемь весь состав Школы был выстроен на внутреннем плацу меж учебных корпусов, напротив руководство, рядом трибуна с гербом.
– Р-равняйсь! Смир-рно! – отразилась от высоких стен команда двухметрового капитана 1 ранга, стоявшего чуть в стороне.
На левом фланге грянул Гимн Советского Союза, исполняемый оркестром. На плац, чеканя шаг, знаменная группа вынесла знамя Высшей школы КГБ. Пройдя вдоль шеренг, развернулась, подойдя к трибуне, четко опустила вниз.
Оркестр смолк, к ней подошел начальник школы в парадной форме.
Для начала поздравил слушателей-первокурсников с вступлением в чекисты, затем произнес короткую речь. Вслед за ним выступил рослый седоголовый контр-адмирал, после чего первокурсники дали профессиональную клятву. На этом действо завершилось, Знамя под звуки оркестра унесли. Всех развели по аудиториям.
Первый курс второго факультета собрали в одном из лекционных залов, ярусами поднимавшегося от преподавательской кафедры до последнего ряда. Состоялось знакомство с начальственным составом. Далее всем был доведен распорядок занятий.
Они начинались в восемь утра, парами. В 13.00 обед, через час продолжение. Далее самоподготовка до восемнадцати часов и переезд в общежитие. Там снова самоподготовка, потом личное время. На занятиях полагалось быть в форме, в определенные дни в гражданской одежде. В каждой группе были выделены «секретчики» (часть дисциплин шли под соответствующим грифом и не подлежали разглашению).
Помимо этого слушателям довели, что все обучающиеся в ВКШ являются действующим резервом Комитета государственной безопасности и будут привлекаться к специальным оперативным мероприятиям, проводимым в столице.
Со следующего дня начались лекции по целому ряду общественных дисциплин. В их числе – теория государства и права, советское государство и право, история политических учений, история буржуазного государства и права, марксистско-ленинская философия, логика, а также иностранные языки.
В части последних, в школе изучались более двух десятков. Каждый выпускник второго факультета должен был в совершенстве владеть одним восточным и двумя европейскими. При этом учитывалось предпочтение. Пчелинцев выбрал фарси* и английский с французским, остальные ребята тоже по интересам.
Одновременно начались занятия по рукопашному бою и огневой подготовке. На их факультете культивировалось каратэ. Стреляли из всех видов стрелкового оружия, включая зарубежное.
Первые месяцы учебы оказались небывало трудными, нагрузка запредельной. В результате один одногруппник подал рапорт на отчисление (удовлетворили), еще два перевелись на факультет военной контрразведки. Сашка держался, вгрызаясь в гранит науки.
Седьмого ноября их курс первые участвовал в оперативном мероприятии. Вместе с действующими сотрудниками обеспечивали безопасность празднеств на Красной площади, находясь в первой линии перед мавзолеем. После их завершения всем предоставили три дня отпуска. Утром первого Сашка улетел к родителям в Донбасс.
Отец оценил его выбор положительно, мама же всплакнула. Хотелось видеть сына дома. Навестил деда с бабушкой (из друзей еще никто не вернулся – служили), вручил московские гостинцы. Поскольку из своих вещей за два года вырос, родители выделили пару сотен рублей на покупку новых. Вернувшись обратно, прибрел все, что нужно. Учеба продолжалась.
Больше всего времени уходило на изучение иностранных языков. Ежедневно от двух до четырех часов. Занятие проводили на специальной кафедре в лингафонных аудиториях, рассчитанных на пять – восемь слушателей. Помимо этого, вечерами занимались в общежитии самостоятельно.