В какой-то момент я понял, что выдыхаюсь. Нагайна казалась неутомимой — ее кольца продолжали свой боевой танец, голова покачивалась на уровне моей, то и дело делая быстрый выпад вперед. От ее движений меня то и дело окатывало с головы до ног брызгами воды с пола — если бы на очках не лежало водоотталкивающее заклинание, я был бы практически слеп! Но даже несмотря на то, что зрение меня пока не подводило, уклоняться от атак становилось все тяжелее. Да еще рука немела под тяжестью оружия — все-таки, каким бы легким ни был меч, он тяжелее палочки, а я не привык к этому. Рон, опершись одной рукой на стену, тяжело дышал. Кончик его палочки подрагивал, и было видно, что наш «бой», если его можно так называть, утомил и его.
Когда дверь туалета внезапно распахнулась, я ощутил прилив надежды. Наверняка это Драко, с дневником Риддла! Мерлин, а вдруг он все-таки сможет на этот раз совладать с гриффиндорским мечом!? Он наверняка сможет орудовать им быстрее, чем я! Я уже начинал отчаиваться, что у меня самого хоть что-нибудь получится!
Подстегиваемый этим, я бросился вперед всем телом, нанося удар без замаха, зато вкладывая в него весь свой вес. И в кои-то веки — не безрезультатно! Клинок глубоко воткнулся в толстое кольцо змеиного тела. Воодушевленный, я налег на меч, загоняя его глубже, протыкая проклятую тварь насквозь! Острое лезвие вонзилось в нее почти что с шипением — или это шипела сама Нагайна? Я всегда думал, вообще-то, что змеи — существа без голоса, способные в лучшем случае шипеть. Если и так, то Волдемортова любимица была и тут исключением без правил. Не знаю, как правильно назвать тот звук, что она издала — что-то среднее между скрипом и воем, почти на грани слышимости, от него моментально заложило уши!
Это было не самое худшее. Куда хуже было то, что рана, хоть и глубокая — я практически пришпилил друг к другу два витка змеиного туловища — не была смертельной. Нагайна рванулась всей своей немалой силой — рукоять меча выскользнула из моей вспотевшей ладони, несмотря на то, что я пытался ухватить ее покрепче. Ранение лишь разозлило гадину. То ли боль придала ей сил, то ли до сих пор Нагайна лишь играла с нами — но теперь она, хлестнув хвостом, как плетью, отшвырнула Рона в угол, а на меня надвинулась кольцами, притискивая к стене. Я лихорадочно шарил по карманам в поисках палочки, но то ли обронил ее, то ли просто не мог сейчас отыскать. Еще один рывок — и меч, вылетев из ее тела, с лязгом загрохотал по каменному полу.
— Я помогу! — крикнул все тот же голос, и теперь я узнал новоприбывшего. Колин Криви! Какого черта он тут делает?! Всех несовершеннолетних ведь отправили в Малфой-Манор! Неужели улизнул по дороге? Рон же обещал проследить… додумывать времени не было. Мальчишка выхватил палочку и наставил ее на змею.
— Колин, нет!
— Авада Кедавра!
Наши крики прозвучали одновременно. Зеленый луч ударил Нагайну в бок — и не возымел никакого эффекта. А точнее сказать — никакого, близкого к нужному. По извивающемуся телу будто прошел электрический разряд. Рана на боку твари затянулась, будто ее и не было, а глаза загорелись зеленым огнем, словно две лампочки из Рождественской гирлянды. Я охнул — и больше ничего просто не успел. С невероятной даже для нее скоростью, змея рванулась к стоящему в дверях пареньку… и погребла его под собой, сбивая с ног, обвивая и заключая в свои смертоносные объятья. В ней, наверное, действительно было что-то от удава… Колин попытался закричать — но смог издать лишь какой-то задушенный, булькающий звук. Нагайна снова зашипела, ее уродливая треугольная голова качнулась к парню.
