Сунул руку в карман штанов за жучком, одновременно окидывая взглядом помещение. Надо было срочно решить, куда клеить прослушку. Под столешницей нельзя — быстро найдут. За шкаф? Тот стоял в другом углу комнаты, а Рустам мог выйти в любую минуту. Не успею. Под тумбочку с измерителем? Точно! Я торопливо содрал защитную плёнку, нагнулся и прилепил датчик. Дело сделано.
Вскоре явился Рустам, подсоединил измеритель к компьютеру и надел мне на голову обруч с проводами.
— После каждого выезда будешь мерить? — спросил я с опаской. Не очень-то хотелось, чтобы эти люди вели наблюдение за моим энергетическим состоянием. Иначе быстро всё поймут.
— Нет, один раз, для документов, — Рустам включил прибор и, вернувшись на своё рабочее место, стал щёлкать мышкой. — Да-а, показатели впечатляют, — подытожил он, спустя пару минут. — Ну всё, готово. Можешь снимать датчики.
Я снял обруч и положил на измеритель:
— А здесь у вас какая-то научная работа идёт? — спросил я, решив побольше узнать про базу.
— С чего ты взял?
— Да просто… на научную базу похоже.
— Да не, ничего такого. Какие из нас учёные? Тут штаб, станция, склад, охрана, сотрудники живут. А учёные у нас в столице.
— Учёные? Так значит, что-то исследуете?
— По большей части, данные со станции. Завихрения, выбросы, передвижение иных — всё это надо изучать, за всем наблюдать. Как же иначе? Как работать-то тогда?
— Никогда не слышал о вашей базе. Отец не рассказывал.
— Ну а теперь сам всё увидел. Ты, кажется, вчера говорил, что станцию посмотреть хочешь? — Рустам почему-то вспомнил о моей просьбе.
Наверное, моё происхождение повлияло. Узнал, что я — княжеский отпрыск, и захотел подмазаться. Да только на самом деле ни черта он не знал.
— А ты говорил, что туда нельзя, — напомнил я.
— Ладно уж, пошли покажу, раз ты всё равно здесь. В сопровождении можно.
Рустам поднялся с кресла, и мы отправились в соседнее помещение.
Пройдя за дверь, мы оказались в очередной тесной комнатушке, заставленной приборами. В центре за здоровым радаром диаметром не меньше метра сидел мужик в тёплом свитере. Рядом на столе стоял компьютер и кружка с чаем. В клетке на шкафу жил попугай.
Я ни разу не бывал на энергоразведывательных станциях, но здесь всё оказалось почти так, как я себе и представлял. Удивительнее всего, пожалуй, было то, что со всей этой кучей приборов управлялся один человек.
На синеватой поверхности радара сияли россыпи точек. Разведчик каким-то образом обрабатывал данные и определял вид и уровень объектов. Рустам вкратце описал процесс, не вдаваясь в подробности. По его словам, информация с радара поступала на сервер и анализировалась специальными программами. Для человека непосвящённого всё это выглядело довольно сложной и кропотливой работой.
Когда я вышел на улицу, метель усилилась. Снег и бешеный порывистый ветер сильно мешали идти, и были велики шансы, что вылазку придётся отменить.
Мужики, понятное дело, досадовали из-за непогоды: меньше трудодней — меньше заработок. Да ещё и кристаллы все заметёт, что многократно затруднит их поиски. Но никто с этим ничего не мог поделать. Метели и снежные бури были частым явлением в этих краях, и людям приходилось подстраиваться под местный климат.
Именно по этой причине в зимний период у добытчиков сильно падал заработок, и это при том, что компания и так платила им, мягко говоря, немного. Тем не менее, даже с такими ценами на энергию, народ здесь в лучшие месяцы мог поднять до десяти тысяч рублей, что для простого человека считалось очень хорошими деньгами. Плюс к этому в компании могли официально устроиться люди, не имеющие ни статуса, ни лицензии. Для многих работа в таком месте выглядела предпочтительней нелегальной охоты.
К ночи метель разыгралась не на шутку. Стало понятно, что завтра мы никуда не поедем. Метеосводки были не утешительными. Минимум три дня нам предстояло сидеть на базе и пережидать буран.
Вечером приехала из пустоши вторая группа. Этим оставалась неделя до конца вахты, и так же, как и нам, ближайшее время им предстояло куковать на базе без дела. В вагончики набилось десять человек, и хоть спальных мест было больше, стала ощущаться теснота.
Мне такая задержка тоже пришлась не по душе. Думал, завтра поеду в пустошь, свяжусь со СКИФ, скажу, что жучок установил; пусть вытаскивают меня отсюда, тем более, что обещали это сделать к концу недели. Но метель смешала все планы. Побег откладывался на неопределённый срок.
Впрочем, совсем без дела мы не остались. На следующее утро, позавтракав, народ взялся за лопаты и отправился разгребать снег. За ночь навалило столько, что даже дверь с трудом открывалась. Нельзя было позволить метели окончательно занести базу. Тем же занимался и остальной персонал: на борьбу со стихией вышли все без исключения.
