Целый месяц в лагере близ Мессины римская армия поджидала последние конвои с провиантом и фуражом для африканской кампании. Марк Атиллий Регул, не отвлекаясь больше ни на какие тайные операции ордена, готовил легионы к броску через внутреннее море к Африке. Ситуацию осложнила прибывшая из-под Солунта армия Луция Манлия Вульсона, второго консула Римской республики. Потрёпанная в боевых столкновениях, она нуждалась хотя бы в кратковременном отдыхе и пополнении выбывших воинов по болезням, ранам и просто убитых. Регул и Луций Манлий не находили контакта в отношениях между собой, всегда возникали разногласия даже в простых вопросах. Регул упрекал Манлия в безуспешных действиях на севере Сицилии, Манлий убеждал его в том, что он всё же взял Солунт, а Акрагант до сих пор в руках пуннийцев. На что Атиллий возражал, что осадой города занимается не он, а проконсул Кавдик. Всё это дошло до такой степени разногласий, что консулы перестали встречаться, и Септемий Бибул, связанный вопросами квестуры обоих консулов, взял на себя роль дипломата и связного между консулами. И сегодня Септемий прибыл к консулу Луцию для передачи некоторых предложений Регула, касающихся проведения дальнейшей операции. Войдя в ставку Манлия, он обнаружил его за ежедневным докладом связных о передвижении сил противника. У стола, за которым сидел Луций, стояло несколько военных трибунов и легатов, которые поочерёдно докладывали сведения, пришедшие с северной части острова.
— …Таким образом, Гамилькар, — продолжал докладчик, один из военных трибунов по имени Лутаций Стибл, — не только укрепил свои позиции на плато Геиркте, но и выбил нас из Панорма, окружив Солунт с востока. Я думаю, штурм Солунта не за горами!
— Что ты предлагаешь? — Консул вопросительно посмотрел на Стибла, после того как кивком головы поприветствовал Септемия. — Мы не можем сейчас атаковать Гамилькара, у нас сейчас иные цели!
— Я помню, консул, — Стибл стоял с непроницаемым лицом, по которому нельзя было прочитать его чувства, — но раз мы не можем помочь осаждённым войскам, то мы можем вывезти из города гарнизон. Этим мы сохраним людей и ими же пополним свои легионы. Хочу заметить, пополним опытными воинами!
— Предложение само по себе очень разумное. Но что скажет Сенат? Сначала мы жертвуем людьми при штурме города и берём Солунт, а потом, заботясь о людях, эвакуируем расположенные там подразделения, сдавая таким образом город?! Регул тут же донесёт о бессмысленности наших действий. — Луций задумался.
— Да, но это наши люди, а не солдаты Регула. Солдаты Регула не встречались ещё с войском Гамилькара в открытом поле, а мы встречались и имеем опыт. Сохранив людей, мы поднимем дух наших легионов, укрепив их морально и духовно.
— Скажу тебе честно, что просто как человек, мне очень хочется сделать всё так, как ты говоришь, Лутаций, но, к сожалению, я ещё и военачальник. Это звание обязывает меня быть жестоким. Я не могу отдать город после стольких жертв! Этим мы дадим повод нашим врагам здесь, в этом лагере, обвинить нас в малодушии. И поэтому я, как военачальник, принимаю другое решение. Пусть держатся. Пусть вооружат местных секванов, но отбиваются. А если мы уступим, то уступим только силе. Сила пересилит силу! В этом ничего позорного нет! Смерть на поле боя не имеет позора, но зовёт к отмщению. — Луций окончательно принял решение. — Передайте приказ удерживать город! Что у нас с флотом?
— Тереннский флот в отличном состоянии, консул! — отвечал другой из присутствующих здесь военачальников Лукреций Фимбрия. — Мы пополнили свои гребные команды и готовы к плаванию в Африку.
— Что с фуражом для армии? — Луций всегда очень заботился о вопросах снабжения армии всем необходимым. — Мне нужно быть спокойным на этот счёт в походе.
— Последние конвои на подходе, консул, — ответил за всех, выйдя вперёд, Септемий, — у тебя будет всё необходимое в походе.
— Хорошо! Все свободны! — Луций подождал, пока военачальники покинули ставку. — Дежурный! — крикнул он и после входа дежурного центуриона, попросил: — Принеси нам с квестором что-либо перекусить!
Луций, повернувшись к Бибулу, спросил совершенно прямо:
— Что хочет Атиллий в этот раз?
— Он предлагает тебе не ждать пополнений из Италии, а пополнить легионы, взяв из того, который в настоящее время недоукомплектован. Потом ты оставишь этот легион здесь, в Мессине, для полного доукомплектования. Но это позволит отправиться нам в Африку по приходу последних конвоев с провиантом! Это хорошее предложение, Луций! Сейчас середина лета, самая хорошая пора для плавания! Перевес в людских резервах у нас огромный! Но есть одно обстоятельство, заставляющее поторопиться с отплытием. На севере Италии зашевелились цизальпинские галлы. Их цари объединяются, — Септемий излагал факты спокойно и обстоятельно. — А ты знаешь, Манлий, чем это пахнет для Республики!
Манлий знал. Галлы были самыми древними врагами Рима. Много веков они наводили страх на Италию, облагая данью народы Италии. Объединение галлов говорило само за себя. Галлы готовятся к походу.
