— Что ты, Иола! Это ты меня поддерживаешь в эти трудные времена моей жизни! — Кларисса и Иола, перед этим прослезившись от растрогавших их чувств и несдерживаемых женских эмоций, засмеялись.
В это время Гамилькар обучал сына Магона искусству обращения с пращей.
— Самое главное, Магон, нужно сделать хороший замах и пустить ремень тогда, когда тело совершит поворот корпусом за бросающей рукой, — назидал Гамилькар, — тогда получится самый дальний и сильный бросок!
Маленький Магон выполнил все подсказки отца и его бросок получился довольно дальним для его возраста.
— Молодец! — с удовлетворением сказал отец. — Когда научимся кидать далеко, поработаем над точностью!
— А когда я вырасту, ещё война будет? — спросил Магон.
Гамилькар пристально посмотрел на сына. Его мысли устремились к родному Карфагену, он прогнал их и произнёс:
— Лучше бы их не было совсем! Но человек так устроен, что стремится обладать даже тем, что ему совсем не нужно или ещё долго не пригодится! Жажда обладания этим, а также чужими ценностями и землями, заставляет его порабощать чужую свободу и жизнь!
— А что это такое, чем они хотят обладать? — не унимался Магон.
— Ну, у каждого это своё. У кого-то золото, у кого-то власть, у кого рабы! Но самое страшное, когда у кого-то всё перечисленное переплетается ещё и с завистью. Тогда война неизбежна, — со вздохом ответил Гамилькар.
— А нам, Баркидам, нужно всё это? — серьёзно спросил маленький Магон. — Мы ведь тоже воюем?
Гамилькар удивлённо посмотрел на сына.
— Баркиды дали обет защищать свой город одной царице, которая этот город основала — звали её Дидона! И с тех самых пор мы ведём войны только ради защиты нашего города, который ты ещё не видел! Царица, взяв обет с нашего рода, дала на хранение и один секретный амулет, чтобы мы не допустили его воссоединения богами!
— А что, Карфаген сейчас самый главный город? — спросил сын.
— Нет! Карфаген обычный торговый город, желающий выгодно торговать со всеми народами, живущими на берегах внутреннего и Тереннского морей! И в самом городе нет главного! Царица отреклась от власти, передав её Совету знатных родов, сопровождавших её в этом путешествии. Впоследствии, к Совету добавились многие известные семьи Карфагена, чтобы увеличить народоуправление городом.
— Расскажи мне о Карфагене. Когда мы туда уплывём? — Магон был не по возрасту любопытен.
— Это очень красивый город, — начал Гамилькар, — в нём очень много разных храмов, принадлежащих к различным культурам и религиям. В городе очень большой порт, имеющий возможность вместить до ста кораблей одновременно. Кроме него, есть верфь, строящая различные корабли. Расположенные на ней пирсы принадлежат как городским властям, так и частным лицам. Ближе к мысу Крама эта верфь строит военные галеры. Около города верфь принадлежит частным лицам и поэтому строит от военных до больших торговых кораблей, в зависимости от необходимости. В городе много кварталов, разделённых по национальным признакам народа, проживающего в нём. Среди них есть ливийский, греческий, финикийский и другие. Старый город принадлежит финикийской культуре, Мегары — греческой, в общем, наш город очень большой. Но на самой высокой точке города расположен холм Бирсы, на котором расположены самые первые храмы, построенные в городе, окружённые неприступной цитаделью. Вот такой наш город! Я думаю, что скоро все мы поплывём туда!
Гамилькар высоко поднял сына, потом поцеловал его в щёку.
— А пока ты должен потренироваться искусству обращения с пращей, как и все мальчишки Карфагена! Чтобы мой сын обладал не только любознательностью и умом, но и был неплохим защитником своего города!
Магон весело засмеялся, когда отец поднял его над головой.
— Что это мы так веселимся? — с улыбкой спросила Кларисса, подошедшая к этому времени вместе с Иолой.
— Папа сказал, что скоро мы поедем в его город, — весело смеясь, ответил Магон.
Кларисса посмотрела на Гамилькара.
— Когда? — коротко спросила она.
— По возвращении галер из Панорма, — ответил он.
Кларисса посмотрела на Иолу. Лицо гречанки выражало глубокий интерес к происходившему разговору.
— Мы едем на войну? — Кларисса всегда задавала прямые, недвусмысленные вопросы.
— Не знаю. Всё может быть. По приезду узнаем, — Гамилькар одобрительно улыбнулся своей жене.
— Иола едет с нами! — утвердительно решила Кларисса.
Гамилькар не стал возражать жене:
— Хорошо! Именно так я и думал!
— Через сколько дней прибудут корабли? — спросила Кларисса.
— Я думаю, дня через три! Тебе хватит времени собрать всё необходимое?..
Больше всех поездке обрадовалась Иола. Одна лишь мысль, что она приблизится к расположенным в Африке легионам, в которых должен быть Кассий, заставляла испытывать её какой-то душевный трепет и волнение.
Глава 8
