Почему-то вдруг в одно из таких раздумий он явно ощутил, какую-то уверенность, что она в Африке или на пути к ней. Откуда пришла эта уверенность и что стояло за ней, Кассий понять не мог. Движение римского войска к родному городу Гамилькара не сулило Карфагену ничего хорошего. Во время штурма могло произойти всё что угодно! Кассий знал об этом не понаслышке. Солдаты, озверевшие от сопротивления при штурме, нередко вымещали свою злость на горожанах. Остановить такое проявление буйства толпы крайне трудно, практически невозможно! Солдаты при виде беззащитных «противников», становились неуправляемыми. Близость штурма города, так проявляющаяся в солдатах, в их разговорах, в поведении, настораживала его. В своей оторванности от родных мест и близких они ожесточались, видя в этом вину только пуннийцев. Войну, спровоцированную Римом, они по своему непониманию и незнанию считали начатой Карфагеном. Кассий усмехнулся… Откуда им было известно о договоре, который был заключён во времена войны с Пирром, оговаривавшем, что Рим и Карфаген обязывались не распространять свои влияния: Карфаген на Италию и италийские города, а Рим, на тех же условиях, на Сицилию! Поддерживая и беря под свою защиту мамертинцев Мессины, Рим заранее знал, что это путь к войне! Кассий не мог поверить, что всё это произошло из-за нескольких амулетов, один из которых висел у него на груди! «Если он такой важный, — думал Кар, — почему Гамилькар так легко расстался с ним, отдав его мне, как он говорил, только на время? Да нет! Всё это предрассудки!»…
…Кассий, встряхнув головой, пытаясь избавиться от нахлынувших размышлений, подошёл к следующему костру.
— Центурион, — обратился к нему один из деканов союзной конницы, — пора возвращаться к основным силам. Мы слишком оторвались!
— Так мы и сделаем! — Кассий улыбнулся своей широкой улыбкой, обнажив ряд белых, ровных зубов. — Завтра проведём последнюю утреннюю разведку и остановимся ждать остальных! Запасы провизии исчерпаны. Ложитесь спать. Подниматься рано.
Он приготовил себе постель у костра, постелив под себя кавалерийский плащ, и тут же забылся молодым, крепким, здоровым сном.
Кассий проспал часа четыре и проснулся совершенно бодрым. Обойдя дозоры, он в сопровождении десятка конных выехал на осмотр окрестностей. Они двигались по обширной долине, перемежающейся с небольшими лесистыми холмами. Кассий осматривал местность на предмет нахождения пресных источников и ручьев. Он не спеша переезжал от холма к холму, всматриваясь в недалёкие овраги и лески.
— … Так вот, мы в эту ночь не ложились спать, ожидая опять какого-либо подвоха от инсубров, — продолжил рассказ седеющий декан своим более молодым соратникам, двигаясь верхом позади Кара. — Ночь, надо сказать, выдалась тёмная, и блеклый месяц, висящий над лесом, не оказывал никакого осветительного эффекта. Командиры выставили дозоры, предупреждая всех быть начеку. И вот ночью, ближе к самой середине, кони начали проявлять беспокойство, будто чуя какую-то опасность. Все схватились за оружие, но сигнала тревоги ни от одного из дозоров не поступало. В полной тревоге мы провели остаток ночи, но ничего более в ту ночь не произошло. А утром центурионы обнаружили, что один из выставленных дозоров бесследно исчез! Просто пропал! Ни убитых, ни живых! Был и нет! Командиры не на шутку забеспокоились. Второй случай бесследного исчезновения дозора! Решили искать пропавших. Центурии разошлись по округе в надежде найти хоть какую-то зацепку. Но тщетно! Ни места схватки, ни крови! Но одна из центурий набрела на скрытое селение инсубров. Легат приказал окружить его. — Декан взял паузу в своём рассказе.
— Так куда же они делись? — На лицах молодых воинов отражалась искренняя заинтересованность.
Декан поправил на себе амуницию, при этом стала заметна его дрожь в руках. Он задумался ненадолго, будто припоминая что-то, и продолжил рассказ:
— Селение то было скрыто несколькими болотами и подойти к нему можно было только с одной стороны. Но и с этой стороны был сооружён высокий частокол и мощные ворота! Над воротами висел какой-то огромный череп неведомого зверя! Помню, он был больше черепа лошади раз в пять! На черепе присутствовали небольшие рога. В пасти же этого мёртвого зверя были зубы толщиной и длиной со средний палец руки взрослого мужчины! Эта страшная картина до сих пор в моей памяти и у меня перед глазами! — Декан снова погрузился в раздумье…
— Ну что, Рутилий? Не тяни! Что произошло? — посыпались со всех сторон вопросы. Солдаты были заинтригованы продолжением.
Декан, словно не слыша просьбы окружающих, снова собрался с мыслями и продолжил:
