— Куда можно направляться в военное время?! — ответил молодой Гракх, отвечая на вопрос квестора. — Меня приписали ко второму легиону Латиума. Кстати, в обозе, с которым я двигался, находилось несколько ветеранов, добирающихся до своих легионов после ранений. Большинство из них принадлежат к числу тех героев, которые не захотели долечиваться в Клупее и отправились опять к своим легионам! Я думал добраться до армии вместе с ними, но, увидев ваш эскорт, подумал, что с вами я прибуду в легион намного быстрее!
— Ну, что же, дорога намного короче, когда в ней присутствует хороший попутчик, с кем можно скоротать путь за интересной беседой! — Септемий был очень доволен встречей. — Расскажи, что нового происходит в Риме?
— Новостей не так уж и много. Но среди них есть действительно важные! — призадумавшись, ответил трибун. — На Янукуле закончили строительство базилик вокруг храма Сатурна. Сенатом было решено каждый год в это время праздновать OPIS-CONSIVA, посвящённые богатому урожаю, который выращивают благодаря заботам Сатурна и его жены Опс. В это время будут устраивать весёлые представления во вновь возведённых базиликах храма! На открытие базилик собралось немало ремесленного народа и городской бедноты. От власти магистратов города проводилась раздача хлеба и дешёвого вина, праздники продолжались целую неделю. Теперь святилище храма Януса не будет таким мрачным и печальным, ведь соседствующие базилики будут всегда полны народа! — Гай весело засмеялся.
— Да. Это неожиданная новость! Жрецы Януса не привыкли к такому соседству, через святилище в древности проходили только войска, уходящие на войну, — искренне удивился Бибул.
— Да, празднества прошли довольно весело, но что бросалось в глаза, так это нехватка в городе мужского населения! Ведение войн визуально указывает на одиночество римских женщин!
— Тогда зачем же ты, Гай, оставил родовое гнездо и подался в армию? Молодая жена ведь может утешиться в объятиях какого-нибудь дряхлеющего развратника, пока ты будешь совершать африканские подвиги во славу Республики! — подал голос седовласый ветеран.
— Я достиг того возраста, когда уже нужно заявить о себе на военном поприще. А в случае моей смерти у меня уже есть сын, он продолжит дело отца! — гордо сказал Гай Сергий. — А сколько наследников у тебя, Септемий?
Бибул изменился в лице. Было видно, что вопрос затронул давнюю, но не заживающую рану. Боль от этой душевной раны отразилась на лице квестора, затуманив печалью его взгляд. Он помолчал, давая затихнуть воспоминаниям, причиняющим такую муку, потом ответил:
— У меня нет никого. Моя жена умерла во время родов, когда я был на войне в Самнии. Через совсем короткое время отравили отца. Я один…
По лицу Семтемия было видно, что продолжение этой темы разговора очень тяжело для него, и Гракх поторопился изменить тему беседы:
— Прости, Септемий, я не хотел причинять тебе боль! А что наш консул? В Клупее говорят, он возвысил себя до ранга диктатора! Жжёт города варваров, конфискуя их добро? Все эти новости я узнал в Аспиде, который римляне почему-то называют Клупеей! Неужели это правда?
Септемий посмотрел на молодого Гракха. Род Гракхов всегда был ярым сторонником ценностей Республики. Их связь с плебсом была очень тесной, хотя они принадлежали к древнему роду аристократов. Но забота о римском народе и равенстве прав в Республике стала их главной задачей для многих поколений этой семьи. По всему было заметно, что Гай является ярким примером борьбы за преобладание в Сенате мирной половины.
— К сожалению, это правда, Гай. Об этом я тоже узнал в Аспиде! Мне об этом рассказал гонец, прибывший за мной!
— Но консул не может иметь столь большую власть, чтобы разрушать города не воюющей с нами страны! — удивился Гай.
— Ты прав и одновременно не прав, Гай! Дело в том, что консул на время войны наделяется исключительными полномочиями, особенно, если военные действия ведутся далеко от границы! Другое дело, что эти меры были приняты довольно поспешно и поэтому необдуманно. Нам сейчас нужно как можно больше располагать к себе местное население. Да, они к нам относятся с опаской, с недоверием, но они не враждебны. Со времени нашей высадки не было ни одного нападения на наши части, обозы! Например, в Сицилии местные князья живут разбоем, грабят как наши обозы, так и обозы греков и пуннийцев. Галлы, как бы ни клялись в заключённом с нами мире, не удержатся от грабежа, если обоз отправлен без должной охраны! Он просто канет в небытие! Так было в Самнии, когда после подписания соглашений и оставления в их городах наших гарнизонов, тут же произошли волнения! Они заставили обороняться наши гарнизоны и отдельно стоящие части до подхода основной армии! А ливийцы пока не отступили от своих намерений быть к нам лояльными. А вот наш консул отступил! Римское слово утратило свою твёрдость, это очень печально! — Септемий опустил голову от негодования и расстройства.
