В это время карфагеняне построились в свой боевой порядок, который был принят на вчерашнем совете. Центр карфагенян был окрашен в алый цвет размещённых здесь спартанских гоплитов. Они в своих лёгких алых плащах и шлемах с алыми гребнями ярко выделялись на равнине Тунесса. За ними вплотную построились пять тысяч ополченцев города. Город мог выставить гораздо большее ополчение, но Ксантипп лично потребовал отправить с ним только тех, кто уже имел опыт в сражениях. Таких нашлось более десяти тысяч, но Совет отдал Ксантиппу только половину, оставив другую для обороны города. Ксантипп специально сдвинул фалангу своих спартиатов и городскую фалангу вместе, потому как спартанцы все эти дни подготавливали ополчение к битве. Они обучали их методу отражения пехоты противника в плотном, защищённом строю. Теперь, по замыслу Ксантиппа, они, смотря на пример спартиатов, будут более твёрдо обороняться, чем в любом другом месте. Также для усиления центра Ксантипп разместил между фалангами спартиатов и городского ополчения всех имеющихся критских лучников. Они должны были, после того, как фронт двинется вперёд, осыпать подходящие легионы своими тяжёлыми стрелами. Перед войском расположились пращники, набранные в Родосе и Балеарике. Но среди них были и карфагенские пращники, которых поставили вместе со всеми для более плотного огня и замены уставших. Между центром и флангами существовал промежуток и с правой, и с левой сторон. Оба фланга занимали греческие корпуса. Левый фланг занимал наёмный корпус, прибывший с Сицилии с Карталоном. Правый составляли греки, которые жили и служили в Карфагене в греческом районе Мегары. Для подстраховки ближе к левому флангу стоял отряд Диархона, который должен был осуществить поддержку любому из флангов, если таковая потребуется. Этот молодой военачальник хорошо зарекомендовал себя в морских сражениях и в битвах за Акрагант и Эрбесс. Кроме всего, в центре перед фалангами стояли двадцать слонов, защищённые свисающими пластинками брони и надетыми на голову животных кожевенными масками с бронзовыми вставками, защищающие животных от стрел и копий. Конница карфагенян виднелась несколько дальше от флангов. Определить её можно было по блистающим в лучах солнца доспехам. Светлые плюмажи шлемов её всадников и их белые плащи были хорошо видны на фоне зеленой равнины, а её стройные ряды должны были внушать тревогу тем, кто собирался принять её удар и напор.
Ксантипп выехал вперёд в сопровождении нескольких военачальников. Он остановился среди рядов пращников.
— Граждане Карфагена, не мне призывать вас к защите своего города! Я думаю, вы этот призыв уже слышите. Звук и силу этого призыва невозможно заглушить никаким стуком мечей о щиты, которым римляне привыкли пугать и сбивать с настроя на битву своего противника! Потому что этот призыв исходит из сердца каждого здесь присутствующего воина Карфагена! Он показывает всю силу любви к родному городу, укрепляет доблесть, внушает необыкновенную храбрость! Деритесь за свою Родину, за свой город, за свой народ, за свою семью! Карфаген смотрит на вас! Не посрамите его! И помните, что, кроме вас, ему надеяться не на кого!
Ксантипп закончил речь. Он спешился и занял место в первой шеренге своих спартиатов, прежде обратившись к Бастарту:
— Удар слонами должен быть сокрушительным! Мы идём следом! Гасдурбал, пращники рассыпаются в стороны при подходе римской пехоты и работают по флангам наступающей пехоты врага!
Уточнив задачи, Ксантипп занял своё место в фаланге. Между тем у фронта войск появились отступавшие копьеметатели. Следом за ними шли римские велиты и левисы. Они тут же были атакованы пращниками карфагенян. Перестрелка продолжалась более часа, пока римская тяжёлая пехота переправлялась через речку и строилась на берегу. Велиты и левисы храбро сражались, но дальность полёта снаряда пращи намного дальше метательного копья и поэтому римская лёгкая пехота несла потери. Ряды их заметно поредели. Подошедшие к ним на помощь союзные лучники, набранные, в основном, из Цизальпинской Галлии, вступили в сражение, ослабив ненадолго натиск легковооружённой пехоты пуннийцев. Плотность их огня только увеличивалась, а после того, как лучники Крита дали несколько залпов из своих тяжёлых луков, отступили и союзные лучники, оставив поле для своей тяжёлой пехоты.
Марк Регул давал последние приказы своим легатам:
— Главный удар наносим в центре! Пять легионов, собранных в кулак, должны будут совершить прорыв строя пуннов! Легаты центра, смотрим и надеемся на вас! Левый фланг: легионы Марса, Палатина и первый легион Латиума! Ваша задача оттеснить противника дальше линии центра, после этого легион «Латиум» разворачивается и ударяет во фланг пуннийцев! Остальные легионы, добившись победы, идут также в центр! Тит, надеюсь на тебя! Правый фланг: легионы «Волчица Ромула» и «Апулия», ваша задача связать боем конницу врага и часть слонов! Конница легионов распределена между алами союзной и консульской конницы! Есть вопросы?
