В тот самый момент, когда римская пехота с атакующим кличем бросилась на врага, между интервалов карфагенян стали появляться слоны. Они стояли в небольших зарослях дикой растительности, расположенных в интервалах между фалангами. Слоны, понукаемые возницами, двигались ускоренным шагом. Крик слонов повторился и с другой стороны расположения центра противника. Теперь слоны двигались с двух сторон… Марк вдруг увидел, что слоны двигались тараном: за первым слоном шла пара, следом три… последний ряд таранов насчитывал шесть слонов! Римляне остановились, стараясь сомкнуть свои ряды, но не успевали… Тогда по сигналу взревели все трубы легионов, а пехота в это время стала стучать в щиты своими мечами-гладиусами… Но это не сработало… Слоны ворвались в плотные римские массы, сея смерть и смятение… За первыми шли вторые, за вторыми третьи… Тактика врага была ошеломляющей… Слоны не останавливались, чтобы топтать и месить, они неслись дальше… Слоны, идущие следом, повторяли манёвр предыдущих… Вскоре всё смешалось… Ни о каком строевом порядке не могло идти и речи! Поднялась пыль, заслоняя сражающихся… Люди, смешавшись, потеряли свои манипулы и дрались, кто где придётся…
Марк Регул, видя, что произошло то, о чём он совсем не думал и не предполагал, стал проявлять крайнюю раздражительность и злость, которую вымещал на вестовых. Он носился в тылу, ругая и браня всех и вся. Но постепенно, видя численное преимущество своих войск, в его голове созрел план, который мог вернуть ускользающую победу…
— Протрубите сигнал, чтобы легионы прорывались вперёд, в тыл противника. Пусть пробьётся хотя бы пара легионов, а остальные связывают боем пуннов! В тылу пусть построятся и, развернувшись, пусть режут этих змей, которые сами себе захлопнули ловушку! — приказал он своим ординарцам и направил их в гущу боя…
…Через некоторое время впереди в кругу сражающихся стали звучать трубы, передавая нужные команды… Между тем победа, казавшаяся в начале сражения такой реальной, что многие римляне считали её почти свершившейся, стала ускользать от них.
…Форгон находился позади линии всего сражения… Его всё время терзали сомнения в правильности плана Ксантиппа. Впереди стояло облако пыли, которую подняли своей поступью бронированные животные… Форгон, видя сражение впереди себя, слыша крики, звон мечей, перекличку труб, рёв гигантов, сгорал от нетерпения. Он всматривался в край сражающихся, ожидая, что вот оттуда начнут показываться отступающие или, ещё хуже, бегущие части ополчения… Но время шло, резня продолжалась, отступающих не было. Это угнетало старого стратега. Несколько раз он ловил себя на мысли, что надо дать сигнал к атаке и повести своих «священников» на выручку в центр, где скопилась огромная часть латинян… Время тянулось, как и ожидание стратега, медленнее, чем обычно… Ополчение не бросало лакедемонян, сражаясь с ними бок о бок… Лакедемоняне проявили железную волю, вступив в бой рассыпным строем после прохождения слонов. Каждый воин мог блеснуть своим умением в одиночных схватках с рассыпавшимися римлянами…
…Но вот ряды лучников стали смещаться в стороны и на открытое пространство стала прорываться римская пехота… Только теперь Форгон окончательно осознал мысли и предвидение Ксантиппа, он понял, что настал его черёд. Фаланги, прикрывающие центр, двинулись вперёд. Стройные ряды блестящей пехоты Священных отрядов, опустив копья, атаковали прорвавшихся римлян. Те, в свою очередь, проявив невероятное мужество и усилия, вдруг увидели перед собой лучшие фаланги противника, которые не вступали в сражение до этого времени. Дух римлян заколебался…
А «священники», помня своё отступление под Адисом, с яростью давили врага, истребляя их, не давая им сгруппироваться и построиться…
…Справа от центра послышался рёв слонов… Регул с удивлением повернул голову… Десяток слонов шли ускоренным шагом в гущу боя с фланга. Стало понятно, что слоны прошли сквозь строй правого фланга римского войска… «Значит, и там уже никакого строя нет!» — подумал с горечью в сердце Атиллий. Он оглянулся — четыре манипула триариев, вот всё, чем он мог располагать, чтобы встретить прорвавшихся слонов.
— Все за мной! — крикнул он. — Свита тоже! — уточнил он, видя, что после его команды у некоторых военачальников посерели лица,…
…Так консул повёл в бой свой последний резерв…
