— …Таким образом, слово, данное мной когда-то, теперь заставляет меня его исполнить! — говорил человек крепкого телосложения, слова его звучали с интонацией сожаления. — Но я оставляю здесь часть греческого наёмного корпуса, чтобы вам опять не искать костяк армии!
— Ну что же, я понимаю тебя, — раздалось в ответ после минутного раздумья, — слово, данное когда-то, надо исполнять! Иначе какой смысл в его произношении! Спасибо, Ксантипп, что часть пути, отпущенного нам на этом свете, ты прошёл вместе со мной! Вёл ты себя геройски, заставляя других, если не сравниться с тобой, то хотя бы подражать тебе и стремиться приблизиться к твоему примеру быть столь умелым, отважным воином! Я горд, что участвовал с тобой в битве у Акраганта и Эрбесса! Жаль, что не удалось участвовать при Тунессе. Но самое главное, что беда, так хищнически протягивающая свои руки к Карфагену, лишилась своей мощи! И в этом часть твоей заслуги! И часть эта очень весома! — закончил свою речь второй собеседник.
— Спасибо, Карталон! Таких тёплых слов мне давно не приходилось слышать! Но ты слишком высоко оценил мои усилия! Мне очень жаль, что моё участие в этой войне так внезапно заканчивается! Но я думаю, что это не последняя наша встреча!
— И мне так хочется думать! Наша встреча состоится обязательно! И пусть встреча эта произойдёт не на поле сражения и не в годы военных лишений, а за дружеским столом, с доброй чашей вина в руке! — отреагировал на слова Ксантиппа Карталон.
Позади отворилась дверь. В каюту зашла женщина.
— Кто-то уезжает? — спросила она, расслышав последние слова беседовавших.
Ксантипп с улыбкой на устах повернулся к ней и произнёс:
— Я, уезжаю, Сибилла. Когда-то я дал слово Птолемею, который сам лично ухаживал за мной, тяжело раненым в одной предательской засаде, в которую я попал по своему собственному легкомыслию. Выздоровев, я произнёс клятву, что приду к нему на выручку или на помощь по первому его слову. Вчера прибыли гонцы из Александрии и передали мне просьбу царя оказать ему помощь в войне с Набатеей, коварно напавшей на его границы. Не суди, Сибилла, строго, но мне придётся вас покинуть! Данное слово обязывает меня отправиться к Птолемею!
Ксантипп умолк ненадолго, потупив взор, о чём-то задумавшись и загрустив… Но потом поднял глаза на Карталона и Сибиллу и сказал:
— Я давно хотел тебе сказать, Карталон! Я родился в военном полисе. Всю свою молодость мне пришлось отражать нападавших на мой город врагов. То нанимался в армии других, которые вели свои войны. Далее моя жизнь изменилась лишь в том, что я из простых воинов перешёл в разряд стратегов, набрав большой опыт в различных войнах. Но, скажу тебе честно, я всё время желал другого. Другой судьбы! Бывая в различных местах как воин, я ловил себя на мысли, что неплохо было бы закинуть меч и отправиться путешествовать, как это делали Геракл и Дионис! Путешествовать не с оружием в руках, а с интересом и любознательностью! Так вот, я хотел бы, когда закончу исполнение своего слова и закончатся эти злополучные годы войн, напроситься к тебе на галеру, Карталон, в качестве простого матроса! Мне так хочется отправиться с тобой в одно из твоих путешествий!
Ксантипп ожидающе смотрел на Барку…
— Ну, конечно же! — ответила за Карталона Сибилла. — Карталон с радостью возьмёт тебя, Ксантипп! И мне будет приятно видеть тебя на корабле в качестве товарища по путешествию, человека опытного и бесстрашного, к которому я так привыкла за всё это время!
Карталон улыбался, пока говорила Сибилла. Когда она закончила, он согласно кивнул.
— Только здесь есть одно но! — уточнил Ксантипп совершенно серьёзным голосом. — Надо сказать сразу! Я никудышный матрос и ничего не понимаю в морской науке! Но обещаю всё изучить очень быстро!
— Ну, это не беда! — опять отвечала Сибилла. — Год назад я тоже ничего не понимала в морском деле! Но с такими учителями, как Карталон и Тоган, быстро разберёшься в тонкостях галеры!
Сидящий рядом и не принимавший пока участия в разговоре Тоган довольно заулыбался, кивая головой…
— Тогда давайте закрепим наш договор дружеским рукопожатием! — Ксантипп подал обе руки поочерёдно всем троим присутствующим…
— Ну, а теперь нам надо рассчитаться с Ксантиппом и лакедемонянами. — Карталон обратился к Тогану: — Тоган, помнишь бочонок, который Ты опекал всё это время! Неси его сюда!
Глаза Тогана округлились. Захлестнувшее его негодование исказило его черты.
— Ты что, Карталон? Хочешь открыть это зло и окончательно погубить нас всех? Тебе мало того, что произошло со всеми нами за последнее время? Ксантипп совершенно не ждал от тебя такого подарка, когда сдерживал при Тунессе удар легионов!
— Неси, неси! Пора покончить с этим злом, напускающим на нас беды! Пустим его в нужное для нас русло! Пусть послужит людям! — Карталон строго посмотрел на Тогана.
