…К полуночи погрузилась на выделенную галеру и центурия первой когорты, в которой находился и Кассий Кар. С приходом богини зари и с первыми лучами солнца флот двинулся к берегам Сицилии. По всему заливу Клупеи прозвучали трубные сигналы, и боевые галеры стали покидать залив. Корабли выстраивались в определённый порядок. Вперёд и по бокам вставали более быстроходные квадриремы, за ними квинтиремы, а центр и тыл строя занимали огромные гексеры, нагруженные конницей, онаграми и баллистами. К вышедшему флоту присоединились дежурные эскадры, которые охраняли акваторию Клупеи от посягательств флота Гамилькона Ганнона. Были ещё эскадры, выполняющие разведывательно-караульную функцию прилегающих заливов, чтобы там не скрылась какая-либо засада врага. Более двухсот галер собралось к полудню под вымпелами флота Аппия Катулла. Море было спокойно, небольшие волны только усиливали скорость движения галер. Флот покидал берега Африки, собрав на свои борта остатки армии, которая под знамёнами римских орлов пыталась окрасить эти земли кровью врагов и так щедро полила их своей… В целом моральный дух отплывающей армии был бодр и армия была готова преодолеть все последние трудности на пути к Сицилии. И вряд ли кому-либо из находившихся на бортах людей хотелось вернуться сюда с какими-либо целями. Эти земли они ассоциировали с ужасами, которые они испытали и вынесли, находясь здесь…
На одной из квинтирем на левом фланге флота у борта на носу корабля стоял немолодой центурион. Лицо его выражало какую-то тоску, замаскированную в его мысленных раздумьях. Его взгляд был устремлён в сторону покинутого берега, а глаза человека, которому перевалило за сорок, были полны воспоминаний… Мысли центуриона были далеки… Воин, более двадцати лет участвующий в различных войнах, припоминал события, давно прошедшие и редко, да можно сказать, почти не вспоминаемые… Но память человека живёт отдельной жизнью от его воли! И никто не может приказать ей вспоминать тот или иной эпизод его жизни. Память работает по своим, неизвестным человечеству законам, взаимодействуя с тонким миром материй и распространяя по своим каналам направленный поток нейронов, связывающийся с базой всемирного разума и выхватывая из него нужную или всплывшую информацию…
…Перед глазами человека вдруг пробежало раннее утро. Солнце, только что показавшееся над высокими холмами, залило светом небольшую бухту, в которой стояло несколько струг небогатой артели рыбаков, собиравшихся выйти в море…
— Массилий! Ты всё взял, что я тебя просил? — говорит один из рыбаков, поднявший голову на звук бегущих ног мальчишки лет девяти.
— Да, пап! Здесь всё! — Мальчишка с удовольствием демонстрирует две авоськи в своих руках с необходимыми предметами и провиантом.
— Ну, тогда всё! Давай, залезай в струг! Вот! — Отец, поддерживая сына, помог ему взобраться на борт высокого струга.
— Что, Фимбр, решил взять сынишку на первую ловлю скумбрии? Правильно, ему уже давно пора узнать вкус солёных волн моря! Как зовут-то? — подхватывая мальчишку из сильных рук отца, говорит один из находящихся на посудине рыбаков. Голова его повязана синим платком.
— Массилий! — бодро отвечает ему мальчишка, ища место, куда можно пристроить свои авоськи, чтобы они никому не мешали.
— Клади сюда! — показывает другой матрос, открывая один из ящиков под скамьями. Ящик обит выделанными воловьими шкурами, спасающими содержимое ящика от неизбежного попадания солёной влаги.
Массилий кидает всё в ящик и отходит к носу струга, стараясь не мешать взрослым заканчивать приготовления к отплытию… Матросы работают молча и слаженно, видно, что эту работу они привыкли совершать ежедневно, и скрупулёзность приготовлений позже воздастся необходимым богатым уловом… На каждом струге работают по шесть рыбаков, делая каждый своё дело, за что он непосредственно отвечает… Одни расправляют концы снастей, другие занимаются погрузкой соли, необходимой для засолки пойманной рыбы во избежание её порчи. Третьи возятся с небольшим треугольным парусом и канатами управления им…
Но вот все необходимые приготовления закончены, загружены пустые бочки для будущего улова, и небольшие суда выходят из бухты…
