КТО ОНИ?
19 июля 1962 г. Журнал «ТАЙМ».
Полковник Стетсон Паркер вошел в комнату. Его стройную фигуру ростом в сто восемьдесят сантиметров облегал сдержанный твидовый пиджак в клетку, мгновенно создавая впечатление любезной учтивости. Некогда густые, а теперь редеющие светлые волосы коротко острижены, и на фоне такой прически ярко выделяется волевой подбородок. Судя по его косой усмешке, он прекрасно понимал свою роль исторической фигуры и изо всех сил пытался напомнить окружающим, что он – обычный человек. Люди помнят о том, что он стал первым человеком, полетевшим в космос, но забывают о другом: за чарующей наружностью также скрывается талантливый летчик-истребитель, за плечами которого более восьмидесяти миссий во время Второй мировой войны.
Целый день я пыталась подкараулить де Бера, но рядом каждый раз оказывался кто-то еще. За это время я успела немного успокоиться и поняла, что сперва стоит поговорить с Флоренс и Леонардом. Леонард был у себя в лаборатории, ставил эксперименты… над чем-то. Там были какие-то камни. И дрель. В общем, я отправилась на поиски Флоренс. Ее я нашла в тренажерном зале. Она занималась на беговой дорожке, чему способствовала мягкая центробежная сила, действовавшая внутри вращающейся станции в форме пончика.
Я прошла по немного изогнутому полу, мимо Терразаса со штангой и Рафаэля на велотренажере. В зале было и несколько постоянных работников «Лунетты»: все они были одеты в спортивную форму, выданную ООН. В углу скрючился один из репортеров: он снимал, как де Бер отжимается.
Через плечо Флоренс было перекинуто полотенце, и она периодически вытирала им пот с лица. Даже в условиях искусственной гравитации во вращающейся части «Лунетты» пот не стекал столь же легко, как на Земле.
Флоренс слегка кивнула, дав мне понять, что мое присутствие не осталось незамеченным, но с дорожки не слезла.
– Можно тебя украсть на минутку? – я бросила быстрый взгляд на остальных, но, кажется, никому не было до нас дела. – Для следующей симуляции мне нужна помощь, это по поводу связи.
Флоренс вытерла лицо.
– Мне осталось еще двадцать минут на дорожке.
Я кивнула и метнула взгляд в сторону де Бера: хотела убедиться, что он все еще красуется перед репортером.
– Ладно. Я буду в лаборатории, хочу кое над чем поработать с Леонардом. Приходи, как получится.
Флоренс проследила за моим взглядом и вопросительно подняла брови. Потом она сжала губы и кивнула.
– Я к вам загляну.
Когда я вошла в лабораторию, доктор Леонард Фланнери выглядел точь-в-точь как какой-нибудь сумасшедший ученый. На нем были белый лабораторный халат, защитные очки и наушники. Под защитными очками на носу у него сидели еще и увеличительные линзы, и под их толстыми стеклами глаза его почти совсем исчезли. Не знаю уж, над чем он работал, но стоял страшный скрип, и в воздух летели искры. Кстати, это одна из причин, почему мы перестали использовать в космосе чистый кислород. Ну… и еще из-за опасности отравления кислородом при длительном воздействии.
Леонард поднял на меня глаза и с улыбкой щелкнул выключателем на своем хитроумном приспособлении.
– Йорк! Чем могу помочь?
Я дождалась, пока он снимет наушники. Они остались висеть вокруг его шеи словно какой-то странный галстук.
– Хочу кое о чем с тобой поговорить. Но сперва надо дождаться Флоренс.
– И о чем же?
– О ФБР.
Лицо у него посерело. Леонард поднял защитные очки на лоб и вытер руки о тряпку на лабораторном столе.
– Давай я все выключу.
Я пожала плечами и протянула свою папку.
– Я тут кое-что принесла, чтобы скоротать время. Она сказала, что придет минут через двадцать.
– Ну, за двадцать минут ничего полезного не сделаешь, – Леонард бросил тряпку обратно на стол. – Это все никак не закончится, да?
– Не знаю.
Леонард стянул с шеи наушники и со щелчком поставил их на место на стеллаже с инструментами. За ними последовали очки, после чего он снова вернулся к своей работе на столе, чем бы это ни было.
– Над чем ты работаешь?
Я уселась на один из табуретов у высокой стойки.
