Потом Зара пообедала. Выглядело завораживающе, хотя Гарри побледнел, да и мне поплохело, когда свиньи визжать начали, будто резаные. Стоило их вытащить из мешка, как они увеличились до приличного размера и проснулись. Фред, похоже, решил усложнить Филчу задачу и прикупил черных полудиких мохнатых свиней, а они очень визгливые и шустрые. Мы сами с Гарри на статую залезли, а змея за ними погналась и изящно заглотила, в два глотательных движения каждую. Как по мне, так в ней навскидку еще парочка бы поместилась.
Потом, пока Гарри змеюку спать укладывал, я по подземелью пошарился — шкуру поискал, но только метровый ободранный клочок нашел, тот, что, видимо, за выбоину в стене зацепился, когда змея ползла.
Со шкурой тоже интересно получилось. Я думал, она твердая будет, как драконья, а она тонкая, словно пергаментная бумага, оказалась, только эластичная, на капрон похожая. Я ее в рулон скатал, — не толще полотенца получилось. А больше шкур не нашлось, — похоже, их Том давно прибрал, а та, что рядом с выходом, от прикосновения крошились, видимо, старая, и я не стал ее трогать.
Еще я зуб нашел сломанный. Не клык, конечно, но тоже острый — сгодится не хуже гриффиндорского меча, если понадобится. А то кто его знает — хватит на крестраж яд вылить, или обязательно проткнуть чем острым нужно. Короче, прибрал аккуратно, чтобы не пораниться.
В общем, трофеев у меня получилось немного, и я их потом спрятал в свою сумку с расширением.
Хорошо еще, что шкура ничем темным не фонила, а то не знаю, как бы я ее вынес. Да и то сомневался — ценная она или нет, а то, может быть, напрасно ее с собой тащу.
От близнецов отделался легко — сказал, что меня Снейп поймал, хрюшек конфисковал и отработки у себя назначил — котлы мыть. Они посмеялись, конечно, сказали, что рановато мне еще так над старшекурсницами шутить. Потом Джордж подмигнул и, понизив голос, пообещал паре приколов научить, когда постарше буду.
Миссис Норрис, кстати, расколдовали быстро. Конечно, поискали немного, кто мог проклясть кошку, но так, для порядка, и забыли — у Филча много недоброжелателей было, а маги далеко не гуманисты даже к себе подобным. Что уж говорить про кошку? В общем, большого шума это происшествие не наделало. Только завхоз еще больше зверствовал, выискивая по замку нарушителей и докапываясь по пустякам.
А я тем временем под предлогом отработки за неделю до отъезда в Выручай-комнату под Гарриной мантией-невидимкой сгонял — хотел диадему найти. Но даже с помощью Пути не нашел. Раза три туда возвращался — и ничего. То ли она зачарована была на отвод глаз, то ли Путь только до комнаты работал, а дальше никак — не получилось, короче.
Но потом я догадался Гарри с собой позвать. Он, конечно, обалдел от такого обилия хлама, но мы знатно там порылись. Я ему не мешал, просто ходил за ним, как привязанный, и повороты от главного прохода считал. Заодно шкаф исчезательный испепелил, на всякий случай. А потом Гарри так, невзначай, диадему нашел. Покрутил в руках, да на бюст мужика парик напялил, крестраж сверху пристроил и дальше пошел. Похоже, крестраж к крестражу тянет.
А я после ужина сюда снова вернулся, прислушался к магии и ничего темного тоже не нашел. Фонило нейтрально, как от любого артефакта. Я ее даже в руки взял, покрутил, только примерять не стал, хотя желание слабое возникло, когда долго в руках держал.
Мне почему-то пришло в голову, что Том их разделил, крестражи, в смысле… Одни, как корону — зачаровал так, чтобы она на человека влияла и принуждала ее носить, не снимая, или писать в дневнике без ума без памяти — чтобы духу крестража материальное тело придать, или поработить и захватить тело, как с Квирреллом было. Из-за этого на них защиты и не было — у них как раз задача была найти объект и возродить часть души. Потому Люциус дневник и подкинул — действовал по инструкции, оставленной Лордом.
А остальные крестражи Том уже припрятал надежно и защитил на совесть — как некий стратегический запас на случай, если с этими двумя что случится. Он к тому времени уже из Тома Волдемортом стал — психом-параноиком. Хотя чего сейчас гадать? Правды все равно не узнаешь.
Короче, уложил корону на пол и полил ее ядом, так, без фанатизма. Жаль, конечно, красивая была вещь. Яд зашипел, камни в короне потемнели, тонкая изящная чеканка оплавилась. Раздался тоскливый высокий вой, как будто женщина вскрикнула от испуга. От диадемы повалил черный дым, и она с хрустом развалилась пополам. Вот так я уничтожил первый крестраж Лорда.
Больше всего меня задолбало следы заметать. В том смысле, что под обломками яд натек и еще какая-то черная жижа, и вся эта фигня в пол впиталась. Да и осколки короны нужно было уничтожить, а Эванеско только на пятом курсе проходят. Но и оставить так я тоже не мог. В этой комнате не только я шарюсь, дотронется кто — та же Трелони нечаянно, с пьяных глаз, и яд ее убьет. Решил не рисковать.
