Джинни занималась пушистиками и почти каждый день моталась в гости к подруге. Девчонку звали Дэйзи Кроули — полукровка с Хаффлпаффа, но жила в Хогсмиде с матерью и бабкой. Не помню, чтобы у книжной Джинни были подруги, но тут она сдружилась с некоторыми девчонками на почве любви к пушистикам и, как потом оказалось, к Гарри Поттеру. Сами посудите — Герой, спортсмен и просто красавец, а если к нему еще и пушистиков добавить, — то и вовсе уровень девчачьей милоты зашкаливает. Главное, чтобы сам Гарри об этом никогда не узнал.
Ах да, с ними еще тусовался Криви с его колдофотоаппаратом.
Короче, этот фан-клуб нашего Героя составляли три гриффиндорки — соседки Джинни по спальне, одна хаффлпаффка и Криви с братом, который даже еще не поступил в Хогвартс, но уже заранее обожал Поттера. Ну и сама сестричка — президент их клуба.
Их компашка собиралась три раза в неделю в доме Дэйзи. Не знаю, как к ним добирались пацаны, — они, вроде, маглорожденные, но Джинни пользовалась камином. Ее водил отец. Я удивлялся: чем же таким интересным в их клубе можно заниматься, что они даже летом расстаться не могут? А однажды, спустившись вниз на кухню, застал всю компанию за расписыванием магическими красками фарфоровых белых чашек. Молнии, очки, оригинал которых лежал посреди стола, гриффиндорские шарфы, снитчи, красные булыжники — философские камни, наверное, и метлы. И все картинки двигались. Кстати, вышел неплохой сервиз. Мать Дэйзи собиралась выставить его на продажу. Учитывая, что этот был уже третий, они неплохо раскупались.
— Как тебе, Рон? — спросила Джинни, с гордостью демонстрируя мне их коллективное творение, на котором лохматый черноволосый мальчик на метле тянул руку за снитчем. Благо, он был нарисован со спины — видимо, малышне пока не вполне удавались лица.
— Красиво, — бросил взгляд я, — только вам не кажется, что это уже перебор?
— Ты чего, Рон? — вмешался Колин, — это благотворительная акция — мы на метлы нашей команде копим. А то у слизеринцев вон какие, а у нас… Мы уже тридцать галлеонов накопили.
— Ну так копите, — возразил я, — только Гарри зачем приплетать? Он славу и так не любит, еще не хватало, чтобы он теперь с каждой чашки смотрел. Эдак у него невроз разовьется…
— Вообще-то, Рон, — обиделась Джинни, — в Косом переулке магазин сувениров есть. Там под Гарри шесть полок выделено, чтоб ты знал. Именно туда приводят иностранных гостей, чтобы они выбрали себе британский сувенир на память.
— Правда? — удивился я. — А чего там на шесть полок набрать можно?
— Фигурки, куклы, статуэтки, пресс-папье́, раскраски, книги, шкатулки, чашки как у нас, платки с вышивкой молнии и вензелями ГП. Запонки… да полно всего. Даже детские волшебные палочки, как у Гарри. Ты разве не помнишь, у меня в детстве погремушка была с изображением спящего младенца со шрамом на лбу? Жалко, близнецы ее сломали…
Вот это я обалдел. У Поттера обычные хлопковые платки, а у кого-то с его вензелями…
— Но я никогда не видел такой лавки, — прокашлявшись, возразил я.
— Так вы с братьями всегда бегом бежите, когда за покупками идем, а меня мама туда специально водила, — ответила Джинни и гордо вздернула носик.
— Все равно, Джинни, это не дело, — отмер я.
— Но такие сервизы лучше раскупают, — упрямо возразила Дэйзи, но сникла под моим тяжелым взглядом.
— Значит так, я вам подкину пару идей, чтобы заработать побольше, — решил я, — а вы обещаете не использовать изображения Гарри на своих поделках. Мне плевать на сувениры, но я его друг. Еще не хватало, чтобы он подумал, что мы дружим с ним из-за его славы. Джинни, ты меня поняла?
— Ладно, — неохотно согласилась сестра. — Говори…
— Для начала, вам нужны не чашки, а кружки побольше, — начал я сыпать идеями. — Ваша проблема в том, что вы ориентируетесь в основном только на Гриффиндор и тех, кто Гарри восхищается. Но многие его ненавидят, а большинству на него плевать. Никто из того же Слизерина не будет покупать что-то с изображением Поттера. И те, кто уже купил один сервиз, второй не купят — незачем.
— И что ты предлагаешь? — спросил Деннис. Он, кстати, рисовал из них лучше всех.
— Вы расписываете кружки в цветах факультета. Например, рисуете на ободке намотанный и развевающийся гриффиндорский шарф, а снизу надпись: «Лучшему парню», «Красавчику», «Самой прекрасной», «Несравненной», «Мое сердце». Уловили? Главное — поделить темы: романтическая — на Валентинов день, факультетская, типа «Равенкло — лучшие», «Гриффиндор рулит»…
— О, Рон, это и правда замечательная идея, — оживилась сестра, и остальные, подхватив разговор, одобрительно загалдели.
