— Как такое может быть? — отмер Чарли и растерянно переглянулся со мной.
— Попав в руки жертвы, крестраж влияет сначала на чужое сознание, порабощая его, чтобы оно стало сродным его Ачэк. Когда полностью завладеет им, то дополняет себя чужим Ачэк до целого и, в конечном итоге, захватывает не только чужое тело, но и чернит чужую душу, принадлежащую Богу, — становится Ачэк-карго — проклятым блуждающим духом.
Он замолчал, не торопясь затянулся, глядя в костер. А я подумал, что его слова не лишены логики. Конечно, я не все понял и не со всем согласен. Но это точно, что крестраж, попав в руки, ментально влияет на объект, устанавливает контакт, играя на сильных эмоциях — ненависть, как у Гарри, или доверие, как у Джинни, или чувство вины, как у Дамблдора, или ревность и обида, как у Рона. Он подпитывается этими эмоциями, а потом овладевает чужим сознанием полностью, уничтожая его. Во дела.
— А если растворить крестраж сейчас, что это даст Гарри? — спросил я. — Ему тогда не придется сражаться с Лордом и умереть от его руки, чтобы воскреснуть?
— Я не понимаю тебя, Ачэхар, — нахмурился он.
Чарли бросил на меня просительный взгляд и начал рассказывать о пророчестве, но шаман его перебил:
— Пусть мальчик сам покажет, — предложил он и, поднявшись с места, пошел ко мне.
— М-м-м… Рон, — неуверенно попросил брат, — он просит разрешения на легилименцию. Ты позволишь? — В его тоне явно чувствовалось беспокойство, что меня несколько напрягло.
— Не бойся, Ачэхар, я не выдам твоих тайн, — сказал шаман, понизив голос.
— Ладно, — неуверенно согласился я, — а это не больно?
— Если не будешь сопротивляться, — невозмутимо ответил шаман.
Он сел рядом и взял в ладони мое лицо, вынуждая смотреть ему в глаза и бормоча непонятные слова, на которые не срабатывал переводчик.
Больно не было, да и ничего особо не происходило. Просто в какой-то момент внешнее перестало существовать, а я заметил, что как будто, закрыв глаза, пересматриваю свои воспоминания. Потом стало хуже. Воспоминания ускорились, словно я просматривал их на быстрой перемотке. Все книги, которые я прочитал, мелькали с бешеной скоростью перед глазами, и я читал их заново. Все разговоры и встречи — словно я смотрю на них со стороны. Эффект, как в Омуте памяти, что был описан в книгах, только в голове.
Мне поплохело — такое чувство, будто сильно перепил и все кругом вращается. Но тут реальность вернулась, меня обожгло болью, и я со стоном схватился за голову. Башка болела и тошнило, словно после сотрясения.
— На, выпей, — подскочил ко мне брат, впихивая мне в руку кружку, куда шаман капнул несколько капель из флакона, — как ты себя чувствуешь, Рон?
— Хреново, — просипел я, отпивая. На удивление после первого же глотка стало полегче, а когда я допил все, то все неприятные симптомы прошли.
— Я дам свой ответ завтра, — невозмутимо сказал шаман, — а пока отдохните.
Он ушел в свой шатер, оставив нас одних. Я подумал, что нужно вернуться за Гарри, но мне не хотелось возвращаться в шатер. Не то чтобы я не верил Хадзи, но доверять незнакомцу неразумно, тем более магу. Не настолько, чтобы оставлять его наедине с Поттером.
Но Чарли все решил сам. Убедившись, что со мной все в порядке, он вынес Гарри на руках и отнес в нашу палатку. Тот еще спал и просыпаться не собирался.
— Чарли, думаю, будет не лишним, если ты станешь обучать нас Патронусу, — сказал я, когда мы уже улеглись. Сна не было ни в одном глазу, а новые знания привели к новым вопросам.
— Я тоже об этом подумал, — вздохнул брат. — Даже если вы не сможете вызвать полноценного патронуса, то щит из света, даже слабый, отпугнет от вас дементоров. Завтра начнем тренировки. Ты уже решил, что будешь делать с Блэком?
— Отдам ему крысу, как только он появится, — пожал плечами я, хотя Чарли не мог меня видеть. — Главное, чтобы он ее прикончил, и тот не успел сбежать.
— Я рад, Рон, что ты сам этого не сделал, — сказал брат и отвернулся. — Доброй ночи.
— Доброй, Чарли, — зевнул я и закутался в плед. Но сон не шел, и я полночи раздумывал над третьей книгой. После легилименции вспомнил все довольно четко, даже то, что уже забыл — ведь прочитал книги заново. Но, думаю, эффект будет недолгим, и я старался проанализировать все теперь, пока еще свежо в памяти.
Еще меня волновал шаман. Он теперь знает, кто я — вдруг скажет кому?
Утро наступило слишком быстро. Чарли выглядел устало — видимо, тоже долго не мог уснуть. Я — сонно, и только Гарри выдрыхся за всех и фонтанировал энергией. А после завтрака Чарли, как и обещал, стал учить нас патронусу. Его патронусом, кстати, оказался большой филин. Мне показалось, что он должен был быть черным, хотя сам патронус был полупрозрачной субстанцией, словно из сжиженного голубоватого воздуха. И еще он мог говорить голосом брата. Полезное заклинание. Мы все тут же захотели себе такого же и с энтузиазмом тренировались в любую свободную минуту, азартно гадая, кто получится.
