На коробке, куда мы сложили пазл, было написано, что это некая развивайка для детей. Пока собираешь, с каждым пазлом вкладываешь в рисунок немного своей магии, которая по завершении и оживляет дракона. То есть я не колдовал палочкой, но мог увидеть и ощутить плоды своей магии. И все остальные игрушки Луны были такими же — чувствовать и видеть свою силу и научиться ей управлять. Но наверняка подобные игрушки стоили очень дорого или переходили по наследству, потому у нас в «Норе» таких не было.
В основном мы с Луной если не играли наверху, то занимали библиотеку. На первом этаже стояли кресла, большой стол, стулья и книжные стеллажи с детской литературой. В смысле, что литература была с поправкой на детский возраст. А так там были книги и по зельям, и по чарам, и даже по окклюменции. Просто написаны на уровне понимания ребенка. Я прочитал их все. И с удивлением обнаружил, что сам того не зная, уже закончил первый уровень защиты разума.
Помню, по книге Снейп все твердил Поттеру — очистите разум. Вы очистили вчера перед сном разум?
Так вот, те книги для сквибов, что мне дал Мэтт, были первой ступенью к освоению защиты разума — почувствовать магию и освоить концентрацию путем очистки сознания.
После концентрации на дыхании, вторая ступень — условно выход из тела. Словно ты стоишь вне тела, со всем тем, что хочешь спрятать, а кто-то в это время хозяйничает у тебя в голове, но найти ничего не может. Также эта техника хороша тем, что если тебя, например, избивают или Круцио пытают, ты ничего не чувствуешь, и все воспоминания при тебе останутся. Ведь тело и твое сознание на время отделены друг от друга. Будто смотришь со стороны. Это помогает не сойти с ума от боли и не впасть в шоковое состояние.
Научить этому можно долгим путем — как я учусь, постепенно. Или быстрым, когда в сознание вламываются, и выход из тела спонтанным получится. А когда сознание пару мгновений спустя обратно в тело возвращается, то захватчика выбивает ментальным ударом. Видимо, у Поттера время поджимало, и пришлось его таким жестким путем учить. Не завидую ему, это, судя по описанию, очень больно.
Сначала ты выходишь из тела спонтанно и ненадолго, а с приходом опыта — когда захочешь и на более длительное время. И никаких тебе воображаемых стен в голове, как я себе раньше защиту представлял.
Поэтому в магическом мире воспоминания не являются поводом оправдать обвиняемого — их можно подделать. Видимо, поэтому Блэк и не рыпался с амнистией, когда сбежал.
И потом, что интересно, легилимент не может читать в чужой голове мысли — только мыслеобразы. То есть, если ты просто думаешь, что хочешь убить Волдеморта, то он этого не увидит, если ты не представляешь себе, как именно ты это делаешь.
Так же мы увлеклись артефакторикой для детей.
Вот это было действительно интересно. Начали с простого.
Сначала Луна из тонкой шерсти сплела нитки. Вышло, конечно, не особо ровно, но неплохо. Потом мы разделили моток на две части и покрасили кровью. Всего одна капля на конец нити, пока она наматывалась в клубок, и вот уже весь клубок красного цвета. В книге сказано, что для артефактов не используют другие красители — они не смогут держать магию.
Потом Луна несколько раз намотала своей нитью мне на запястье, завязала хитрый узелок и добавила пару бусинок. Сказала, что это оберег, и теперь он будет меня защищать, а она будет знать, если мне грозит опасность — бусинка потемнеет, а в случае беды станет черной.
Я с ее подсказками сделал ей такой же. Смотреть на первую магическую поделку было волнующе. От нее чувствовался ровный спокойный фон. Это придавало уверенности.
Вообще, благодаря общению с Луной, я стал более раскован и уже не боялся непривычного. Когда знаешь, что в конечном итоге всегда выйдешь, куда нужно, что, сиганув в провал с четвертого этажа, не разобьешься, а мягко спланируешь, и дракон, совсем как живой, не более чем иллюзия — не станешь маяться робостью и сомнениями.
Луна незаметно учила меня быть волшебником, настоящим, чувствующим магию, а не магглом с палочкой, и, признаться, ощущать себя волшебником было здорово.
Потом мы на пару осваивали руны. Правда, сама рунная наука была сложна, но в детской книге давались простые рунные цепочки для поделок — оживить мягкие игрушки, заставить бабочку летать, сделать себе вечный фонарик, удочку. Мне больше приглянулись практические вещи для более взрослых школьников — облегчить вес сумки, увеличить ее объем в два раза, соединить два блокнота подобием Протеевых чар.
Как оказалось, почти для всех заклинаний в магическом мире существовали рунные аналоги. Но магам пользоваться чарами было проще и быстрее. Руны — работа кропотливая. Их в основном использовали слабые волшебники и сквибы первого поколения, живущие в магическом мире. Это позволяло им без колдовства неплохо устроиться и пользоваться благами магии. Или ритуалисты и артефакторы для создания серьезных вещей, типа волшебной палатки.
