— Ты же слышала, у Луны нет мамы, — сказал я, — а отец не совсем здоров. И читала, что принцессы, в которых влюбляются принцы и… герои, все не только красивые, но и добрые. — Джинни смущенно покраснела и кивнула. Ее влюбленность в Гарри Поттера давно не являлась тайной. Правда, Гарри скорее был образ собирательный, чем реальный. Особенно когда я накупил в книжном нормальных маггловских девчачьих сказок.
Джинни и Луна, как оказалось, пробовали дружить, когда им было по шесть. Луна даже бывала у нас дома. Но я ее не видел, видимо, как раз тогда лежал в Мунго, да и потом пару месяцев из комнаты не выходил. Но маме Луны Джинни тогда почему-то не понравилась, Джинни это поняла и рассорилась с подругой. Поэтому сестренка до сих пор недолюбливает несостоявшуюся подругу. А теперь вот и Луна не понравилась нашей маме. И почему у девчонок так все сложно?
На следующий день я вовсе забыл о новой знакомой и вспомнил, когда возвращался домой. Решил забить. Проехал уже больше половины пути, когда остановился, выматерился и поспешил обратно. Просто представил, как эта блаженная девчонка стоит сейчас на ветру или опять в какой-нибудь стылой луже и терпеливо ждет своего друга. Потому что очередная магическая невидимая гадость сказала, что я точно приду. Луна крепко подцепила меня на крючок, а мы всегда в ответе за тех, кого приручаем.
Только попав в дом Лавгудов, я понял, что родовое гнездо мага сильно отличается от просто магического дома на месте силы, как та же «Нора».
Я почувствовал эту разницу той магической сутью, что была во мне, которую только недавно начал ощущать и постигать, когда стал заниматься по тем книжкам.
Все в доме Луны дышало магией и подчинялось хозяйке без всякого усилия, просто взмахом руки, словом или прикосновением. Словно магия дома и магия хозяев связаны друг с другом. Хотя, подозреваю, что это и есть магия хозяев, накопленная поколениями предков.
В нашем доме тоже был некий магический фон, который позволял магичить, не тратя в дальнейшем на поддержание колдовства магию самого волшебника. И некоторые волшебные вещи в «Норе» тоже имелись.
Часы с девятью стрелками на каждого из нас, показывающие, где мы находимся.
Кухонные часы с одной стрелкой типа ежедневника, распределяющие матери работу по дому.
Волшебное радио, говорящее зеркало в ванной, зачарованная праздничная скатерть, что не пачкалась, не рвалась и сохраняла блюда в горячем состоянии — мать доставала ее по большим праздникам, как и чайный сервиз, в котором никогда не остывал чай.
У старших братьев и Артура наручные часы, совершенно волшебные, непохожие на обычные, с планетами и звездами. Лично у меня — шахматы и говорящий будильник.
Ну и так, по мелочам, на кухне было полно волшебных вещей — вроде ножа, что сам режет, или кухонной раковины, что моет посуду, стоит ее туда сложить. Кастрюли, что варят еду к определенному часу, стоит с вечера загрузить в них продукты. И, конечно, кладовая с эффектом охлаждения, заменяющая холодильник.
У Лавгудов сам дом был волшебный, от крыши до подвала. Он подстраивался под хозяев, словно имел собственный разум. И был гораздо больше внутри, чем казался снаружи.
Я приходил к подруге почти каждый день и все время попадал словно бы в другое место.
Теперь при моем приближении шипы на двери втягивались внутрь. Дверной молоток в виде головы орла приветливо щелкал клювом и норовил потереться о руку.
Комнаты в доме, все, кроме кухни и игровой, постоянно менялись местами. Ты мог зайти во вторую дверь на третьем этаже и оказаться в чулане возле кухни на первом. А в следующий раз не нашел бы этот чулан, даже если бы захотел, словно его никогда и не существовало. Мне иногда казалось, что пока мы сидим в одной из комнат, сам дом непрерывно вращается, словно раскручивается и скручивается спираль.
Свет гас и включался просто от слова, как и вода — тоже текла по приказу, даже не по приказу — мысленному желанию. Стоило только постучать по крану.
Ты мог выйти, чтобы спуститься на кухню, и идти до нее около часа, хотя отлично видел ее с верхнего этажа. Просто спускался по лестнице, а она все не заканчивалась. А потом рядом появлялась приоткрытая дверь, будто приглашая принять правила игры. Приходилось возвращаться, откуда пришел, закрывать дверь и выходить снова, надеясь, что все вернется обратно, или все же зайти в новую дверь и начать игру с совершенно непредсказуемым результатом.
Не знаю, может, это была такая защита от незваных гостей, чтобы запутать тех, кто все же сможет проникнуть в дом?
Как я потом понял, дом Луны, как и остальные магические дома, был зачарован. Если идти туда без приглашения, то ни за что его не отыщешь, так и будешь кружить по округе. Поэтому я никогда не видел ни одного соседского магического дома, хоть и излазил всю округу.
