Еще этот идиот все же лазил в Запретную секцию, где его чуть не сожрала плотоядная книга. Даже не сообразил взять зачарованный фонарик и со страху разбил лампу, активировал воющие чары, и его чуть не поймали Филч, а потом и Снейп. Зато теперь это казалось мальчишке классным приключением.
— А еще я обнаружил волшебное зеркало и увидел родителей, — с грустью вздохнул он.
— М-м-м… прости, но разве твои родители не… — «деликатно» спросила Гермиона, словив от меня предостерегающий взгляд и не договорив.
— Да, их убил Волдеморт, — кивнул Гарри. — Но зеркало показало их так, словно они живые… только что не говорили. Но зато обнимали и гладили по голове, — радостно оживился он.
— Эм-м… Гарри, — снова вмешалась Гермиона, видимо, представив эту картину, — думаю, тебе не стоит снова туда ходить. Это какое-то нехорошее зеркало. Не понимаю, зачем его вообще держать в школе?
— Так я и так туда больше не хожу, — грустно глянул Гарри, — его куда-то унесли, а Дамблдор взял с меня слово, что я сам не буду его искать.
— А ты бы стал? — серьезно спросил я, радуясь, что зеркало спрятали до того, как Гарри меня к нему потащил.
— Меня туда тянет, — признался Поттер, нервно взъерошив волосы, — но раз я обещал…
— Что тебе еще сказал Дамблдор? — поинтересовалась Гермиона, опережая меня. — И как он вообще там оказался?
— Ну, он странный, Дамблдор, — прямо ответил Гарри после продолжительной паузы, пока собирался с мыслями. — Когда я пришел в третий раз, он уже там был, только невидимый. И он знал о моей мантии. Сказал, что зеркало перенесут, и чтобы я его не искал. И если нечаянно найду, то буду готов и не поддамся на его магию. Что нужно жить сейчас, а не цепляться за прошлое. А когда я спросил, что видит он, сказал, что шерстяные носки, которые ему никогда не дарят. Может, подарить ему их на следующее Рождество, как думаешь, Рон? — неожиданно спросил Гарри на полном серьезе.
— Подари, лишними не будут, даже если он соврал, — ответил я. — Когда за покупками себе пойдешь и купишь заодно. Я хороший магазин знаю, где вещи продают. Тебе тоже новые вещи не помешают.
— Мне бесполезно покупать, — отмахнулся Гарри. — Тетка постоянно ноет, что я вещи носить не умею.
— Дурак, это потому, что они маггловские, — улыбнулся я. — Ты же видел, я некоторые вещи в общую кучу не сую, а сам стираю? И то, новый джемпер только четыре раза надел, уже петли спускаются, свитер деформируется, а кое-где швы на рубашках расходятся.
— А мне профессор Макгонагалл сразу магазин одежды показала, — встряла Гермиона, — но я думала, что это просто так принято в школе, чтобы у всех все одинаковой фирмы было. Теперь понятно, почему у меня… — неожиданно прервалась Гермиона и густо покраснела, а потом зачем-то полезла в сумку и долго в ней копалась.
— А мне Хагрид ничего не сказал, — удивился Гарри. — Рон, а новые очки можно купить? А то, может, они тоже от магии все время ломаются?
— Очки можешь уже сейчас почтой заказать, — ответил я. — Возьми у Перси каталог. Там линзы сами под зрение подстраиваются, только форму выбери и все.
— Я бы хотел круглую оставить, — неожиданно смутился Гарри, — у отца такая же была.
— Какие захочешь, такие и вышлют, — ответил я и ободряюще похлопал его по плечу.
«А еще это, считай, бренд «Мальчика-Который-Выжил», — подумал я.
Через три дня очки Поттеру доставили почтой — точно такие же, только новые, зачарованные от повреждений и водоотталкивающие. А старые я у него для Джинни попросил — он все равно их выкинуть хотел.
Мальчишка, конечно, смутился, но не удивился — уже привык, что для многих он знаменитость. Сестренка, кстати, была так рада, что два пергамента восторгов мне письмом прислала. Вот знал про себя, что я хороший брат, но что самый лучший — первый раз услышал.
Гермиона так расстроилась, что Гарри не удалось найти ничего о Фламеле, что с новыми силами принялась за дело и пропадала в библиотеке каждую свободную минуту. Даже не представляю, когда она спала. А Гарри разрывался между тренировками, уроками, библиотекой, да еще и к Хагриду успевал бегать.
Иногда мне казалось, что он загружает себя делами, чтобы вымотаться перед сном и тупо вырубиться — не видеть сны. После того зеркала он кричал во сне каждую ночь, а в Больничное крыло идти не хотел. Через неделю плюнул и сам сходил, рассказал как есть, и Помфри мне пузырек дала. Всю дозу пить не обязательно, а пять капель перед сном — самое оно. Хоть выспится парень, а то на нем уже лица нет.
Когда Гарри полегчало, он еще больше стал в библиотеке пропадать с Гермионой на пару. А тут еще новость подоспела — Снейп будет сам предстоящий матч судить. Наши все всполошились, Вуд забегал и тренировки каждый день назначал, чтобы не дать Снейпу шанс прицепиться и вынудить его судить справедливо. А Гермиона, когда узнала, прямо с лица спала.
