И тут Кэтрин поняла, что заставит Спенсера отпустить ее. Ведь это свидетельствовало о том, что Кэтрин — мать всех вампиров и ее убивать нельзя! Иначе все вампиры в мире просто-напросто вымрут как вид.
Кэтрин спокойно сидела и больше не переживала по поводу своего положения. Ведь у нее в рукаве был припрятан козырной туз, и она была уверена, что все это скоро закончится и она уедет далеко и будет проводить свою вечность где-нибудь на островах.
Вот в замке зашуршал ключ, и дверь отворилась. В номер вошел Спенсер. Он был одет в классический темно-серый костюм на современный манер. Белая рубашка без галстука только подчеркивала его аристократическую бледность. От него пахло дорогим эксклюзивным парфюмом, сделанным на заказ специально для него, а его флюиды были настолько сексуальны, что забывалось обо всем. Спенсер был задумчив и, как всегда, спокоен. Кэтрин показалось, что он был каким-то другим. Что-то в нем изменилось, это был уже не тот маньяк-убийца, которого она знала. Внутри просматривался лучик света, которого давным-давно не было в его душе. Он вошел в комнату, где сидела Кэтрин, и, бросив на нее короткий мимолетный взгляд, слегка ухмыльнулся и бросил ключи на стоящий у стены комод. Затем подошел к мини-бару, налил себе мартини, взял стул, поставил его напротив Кэтрин и сел, облокотившись на спинку. Его пристальный дерзкий взгляд пронизывал Кэтрин насквозь. Спенсер смотрел на нее и прокручивал в голове все возможные варианты убийства чертовки. От одной только мысли, что та, которая сидит перед ним, та, которая отравляла жизнь его брату, будет мертва, он испытывал наслаждение…
Кэтрин и Спенсер достаточно долго смотрели друг на друга, и, не выдержав напряжения, Кэтрин заговорила.
— Спенсер! Пожалуйста! Тебе нельзя меня убивать! Иначе ты сам умрешь, — уверенно заявила Кэтрин. Ведь она не сомневалась в том, что Спенсер ее послушает.
— Интересно, и почему же мне не стоит этого делать? — с легкой улыбкой и явно поддельным интересом поинтересовался он, подперев рукой подбородок и кинув невинный взгляд на Кэтрин. А та, в свою очередь, подбирала слова для следующей своей реплики.
— Я — та, с которой все началось, и, убив меня, ты убьешь себя, так как ты обратился от моей крови, и все вампиры на земле как вид вымрут.
Услышав подобное заявление, Спенсер, рассмеявшись, сказал:
— Маленькая поправочка, дорогая моя Кэтрин. Я не совсем вампир, и тебе это известно. Так что, убив тебя, я исполню свою мечту о мире без вампиров и стану единственным в своем роде Богом на земле.
Услышав подобный вариант развития событий, Кэтрин впала в ступор и не знала, что ей делать. Ведь при таком раскладе гибели ей не миновать. Вдруг Спенсер встал со стула, поставил на стол пустой бокал из-под мартини и взял в руки заранее подготовленный деревянный кол. Подошел к Кэтрин, чтобы вонзить его в ее сердце и почувствовать, как жизнь покидает ее тело. Кэтрин же не устраивал такой ход событий, в её планы не входило умирать. И стараясь изо всех сил оттянуть момент своей смерти, она стала говорить те вещи, которые должны были оправдать все ее действия, совершенные в отношении Джозефа.
— Спенсер! Пожалуйста! Я не хочу умирать! Выслушай меня, пожалуйста! Я любила твоего брата и люблю. Да, я вампир, я даже больше, чем вампир, но это не повод, чтобы убивать меня, — заметно нервничая, Кэтрин пыталась срочно придумать что-нибудь, чтобы спасти свою шкуру. — Подумай, кто все эти годы был рядом с тобой, обманывая тебя? Кому ты доверял все эти годы? Кто убивал вампиров, будучи сам вампиром? Кто тебе выдал меня, тем самым подставив. Да, это он убивал всех тех людей, а не я. Я никого не трогала, я питалась кровью только животных. А он подставил меня под твой гнев и наговорил на меня. Это он, твой друг Ричард Джефферсон, — в страхе выпалила Кэтрин. В этот момент глаза Спенсера налились кровью, и ему пуще прежнего захотелось смерти этой лживой женщины, но, проанализировав все, что она ему только что сказала, он понял, что Кэтрин права. Все эти годы именно Ричард был рядом с ним. Именно по его наводкам он выходил на вампиров. И на тот момент, когда Ричард выдал ему Кэтрин, он уже был вампиром. И других доказательств, кроме слов Ричарда, не существовало. Но все же что-то подсказывало Спенсеру, что не стоит доверять Кэтрин, погубившей жизнь его брата.
— Почему я должен тебе верить? — насмешливо поинтересовался Спенсер. Ему было очень забавно смотреть на то, как Кэтрин пытается что-нибудь придумать для своего спасения.
— А ты сам подумай и поймешь, мне незачем тебе врать, — продолжала Кэтрин.
— И чего же ты хочешь взамен за столь «ценную» информацию? — хитро спросил Спенсер, давая Кэтрин надежду, что вполне склонен отпустить ее.
— Отпусти меня, и я уеду. Уеду на какие-нибудь острова, и твоей гарантией будет то, что ты будешь знать, где я нахожусь. Если хочешь, сам меня отправь, куда считаешь нужным. И если я не права, то можешь приехать и убить меня.
Кэтрин удалось убедить Спенсера в том, что именно Ричард виновник всего, что происходило.
