– На, смотри! – бросил Дмитрий Романович, морщась от боли, и спуская свои кожаные, залитые кровью штаны, на землю.
– Теперь мне все ясно, княже! – весело сказал, осматривая спину князя, боярин. – У тебя на заду – большущий синяк! Это след от конского копыта! Хорошо, что не насквозь! Теперь ты нескоро сядешь в седло!
– Стыд и позор! – бормотал, натягивая штаны с гримасой боли на разбитом лице, Дмитрий Романович. – Вот какой он был злодей, этот могучий татарин!
– А вот и его железная рукавица! – воскликнул, с трудом поднимая тяжелый предмет, боярин Буян. – Вот какая штука! Твое счастье, что так обошлось! Он мог тебя убить! Ты же видел этого богатыря! Настоящий великан! Ему в глаз попала стрела нашего лучшего воина Бовки, но сразу не убила злодея! Пришлось добивать его сулицей! Какая у него здоровенная башка! Ну, прямо-таки целая башня! – Он прицокнул по-татарски языком. – Никто бы не одолел этого молодца в поединке!
– Мой батюшка победил бы его без труда! – раздраженно буркнул князь. – Однако, что у этого батура за пузырь на могучей груди? Неужели тяжелая броня?!
Буян наклонился к безжизненному телу врага, потянул его простую конопляную рубаху, надетую на легкий камышовый панцирь, содрал этот доспех и перед их глазами предстал довольно плотный кожаный мешочек. – Что там в этой калите? – молвил распухшими губами князь Дмитрий. – Неужели серебро?
– Сейчас узнаем, – усмехнулся Буян Даркович, потянув мешочную тесьму и развязывая таким образом кошель татарского мурзы. – Господи! – вскричал он. – Да тут много золота и серебра!
– Вот так да! – покачал головой князь Дмитрий, глядя на груду золотых монет, блестящих разноцветных камешков, слитков золота и серебра. – Здесь и дорогие каменья: яхонты, измарагды и адаманты! И целая россыпь лалов! Это большое богатство! Вот и подал Господь моему батюшке такое счастье!
Он поднял голову, огляделся по сторонам и сказал: – Надо спрятать все это, Буян! Хорошо, что нас никто не видит! На эти богатства можно безбедно прожить не одну жизнь! Отвезем наше сокровище в Чернигов!
– Да, княже, – ответил на это преданный боярин, – давай-ка завернем эту находку в плащ! Нельзя допустить, чтобы кто-нибудь узнал о таком богатстве!
– Ладно, Буян, – кивнул головой Дмитрий Романович, снимая свой красный, залитый кровью плащ, – на-ка вот тебе эту тряпицу и скорей спрячь сокровище! А дома мы разберемся!
Буян Даркович завязал тесемки на татарском мешочке, окутал его княжеским плащом и взвалил драгоценную ношу на спину. – Тяжелая штука, княже! – весело сказал он. – Вот как наградил тебя Господь: и жизнь твою спас, и богатством одарил! Радуйся, княже!
Как раз в это время к ним подскакал брянский князь Дмитрий Ольгердович. – Мы победили, брат, – весело молвил он, – и сокрушили самого Ахмата! Теперь будем ждать нашего царя Тохтамыша! Надо бы…, – он осекся, глянув на лицо своего тезки и, схватившись за бока, громко, хрипло захохотал. – Вот это красота! – бормотал он, покачиваясь от смеха. – Какой желанный молодец для наших пленных татарочек!
На его смех сбежались все прочие князья и воеводы. Они дружно, не обращая внимания на разгневанных Дмитрия Романовича и его боярина, затряслись от безудержного хохота. Услышав веселый шум, к ним подскакал и великий князь Витовт. Но смеяться он не стал. – Чего регочете? Стыдно вам, могучие воины, осмеивать боевые раны! – с укоризной сказал он. – Зачем вы обижаете нашего славного Дмитрия?! Вам бы так…Тогда было бы не до смеха! Я сочувствую твоим ранам, Дмитрий! Молодец, что одолел такого страшного великана! – Он внимательно оглядел огромный труп. – Если бы не ты и твои славные воины, этот могучий воин перебил бы многих людей! Значит, твои раны были не напрасны! Благодарю тебя, Дмитрий, за верную службу!
Смех быстро прекратился, и знатные воины с уважением и любовью посмотрели на согнувшегося, багрового от стыда, русского князя.
– Пошли же, Буян, к нашему обозу! – сказал, сгорбившись и уныло качая головой, Дмитрий Романович. – Там мы выпьем доброго вина, а этим насмешникам не дадим и собачьего дрына!
И они медленно поплелись туда, где виднелся разбитый воинами лагерь.
Наутро в стан литовцев прискакали посланники хана Тохтамыша. Войдя в шатер великого князя Витовта, они долго о чем-то говорили. Но об этих разговорах Витовт ничего войску не сообщил.
– Ходят слухи, княже, что завтра мы уйдем восвояси, – сказал вечером Дмитрию Романовичу, лежавшему на мягкой камышовой кровати, боярин-воевода Влад Изборович. – Татары сами заняли Крым и разместили там свое войско и семьи. Еще говорят, что царь Тохтамыш разгромил своего соперника и вернул себе все поволжские города! Он якобы передал благодарность Витовту и уговорил его на новый поход, в следующем году!
Вскоре эти слухи подтвердились.
Еще три дня простояло в степи литовско-русское войско, празднуя победу над татарами «Синей Орды», а князь Дмитрий безвыходно пролежал под присмотром своих дружинников, испытывая жажду и горя от лихорадки.
