– Я не желаю ничего больше слушать! – категорически заявила миссис Вадингтон, нажимая кнопку электрического звонка. – Что же касается поездки в Нью – Йорк, – заметила она, поворачиваясь к Молли, – так неужели ты полагаешь, что я позволю тебе совершать ночные визиты к таким прощалыгам, как Джордж Финч?
– Вовсе он не прощалыга – возмутилась Молли.
– Ни в коем случае! – сказал Сигсби Вадингтон. – На редкость симпатичный малый. Он родом из привольных степей Запада!
– Вы великолепно знаете, что слова папы снимают всякую вину с Джорджа – сказала Молли. – Эта отвратительная женщина могла бы с таким же успехом явиться сюда и заявить, что папа обольстил ее.
– Э-э-э… послушай! – воскликнул в ужасе мистер Вадингтон.
– Ей только нужен был предлог для того, чтобы забраться к нам в дом, вот и все.
– Вполне возможно, что в данном случае Джордж Финч не в такой мере виноват, как я предполагала, – сказала миссис Вадингтон. – Но это отнюдь не меняет дела, и я считаю его человеком, к которому должна относиться с величайшим подозрением всякая мать, ценящая счастье своей дочери. Во-первых, он художник; во-вторых, он по доброй воле выбрал для жительства один из кварталов Нью-Йорка, славящийся своим легкомыслием и безнравственностью. А помимо того…
– Вы звонили, мадам?
Дверь отворилась, и на пороге показался Феррис.
– Да, Феррис. Прикажите шоферу подать автомобиль. Я еду в Нью-Йорк.
– Слушаю, мадам, – сказал Феррис.
Он, однако, продолжал стоять в дверях и несколько раз откашлялся.
– Я хотел спросить, мадам, не сочтете ли вы дерзостью с моей стороны, если я попрошу разрешения занять место рядом с шофером?
– Зачем?
Бывают такие случаи в жизни, когда человеку не совсем приятно давать правдивые объяснения всем своим мотивам. Дело в том, что Феррис хотел скорее очутиться в городе, чтобы навестить редактора замечательного во всех отношениях и весьма распространенного еженедельника «Городской сплетник». Он мог бы кое-что заработать, передав изумительную сцену, разыгравшуюся в этот день в одном из наиболее фешенебельных домов Нью-Йорка и Хэмстеда. Едва Феррис узнал о скандале, случившемся в так называемом высшем обществе, он позвонил по телефону в редакцию «Городского Сплетника», но там ему ответили, что редактор уехал за город. Заместитель редактора, очевидно, догадывался, что у Ферриса есть что-то такое чрезвычайно пикантное, чего он не хочет передать никому другому, помимо редактора, а потому он предложил ему заехать на квартиру мистера Бифона, который вечером должен был вернуться домой, и сообщил ему его адрес: Вашингтон-Сквер, дом «Шеридан».
Феррис, естественно, мог бы все это рассказать миссис Вадингтон, но, как и все умные люди, он, по возможности, избегал слишком затяжных объяснений.
– Я только-что получил извещение о том, что один из моих близких родственников находится при смерти, – ответил он.
– Вот как? Ну, ладно, поезжайте!
– Благодарю вас, мадам. Я немедленно передам ваше распоряжение шоферу, мадам.
Едва дверь закрылась за ним, миссис Вадингтон возобновила разговор, начав с того места, на котором она остановилась.
– И помимо всего, мы еще далеко не уверены в том, что эта женщина не говорила правды. Вполне возможно, что кража жемчуга объясняется результатом внезапного соблазна, охватившего несчастную в тот момент…
– О, мама!
– Ну, что «мама»? А почему нет? Почему ты не допускаешь мысли, что она очень нуждается? Я нисколько не сомневаюсь в том, что твой Финч настолько черств, что не позаботился сколько-нибудь обеспечить ее.
– Все это совсем не так – сказал Сигсби Вадингтон.
– Не так? А что ты знаешь об этом? – спросила миссис Вадингтон.
– Ничего – благоразумно ответил ей муж.
– В таком случае, потрудись воздержаться и не мели вздора!
Миссис Вадингтон вышла из комнаты с присущей ей тяжеловесной величественностью, а Сигсби Вадингтон, продолжая быть благоразумным, прикрыл дверь за нею.
– Э-э-э… послушай, Moлли – начал он. – Мне необходимо возможно скорее быть в Нью-Йорке. Понимаешь, совершенно необходимо.
– И мне тоже – сказала Молли. – Я непременно хочу повидать Джорджа сегодня же. По всей вероятности, он вернулся к себе на квартиру.
– Что же в таком случае делать?..
– Как только мама уедет, я отвезу тебя в Нью-Йорк на моем двухместном автомобильчике. – Вот молодец-девчонка! – горячо воскликнул мистер Вадингтон. Вот это значит разговаривать, как мужчина!
И он крепко поцеловал свою дочь.
