— Давай! Мы, правда, любим погорячее, — отозвался программист и спустился вниз, потом приоткрыл немного дверь, выпуская пар и, открыв небольшой пузырек, стоявший возле каменки, плеснул на камни. В воздухе разнесся резкий и сильный запах еловой смолы и начал мягкими волнами расходиться по всей бане. Вика с удовольствием потянула носом. Как здорово! Не клубничка какая-нибудь, а обыкновенная, настоящая елка! Лучше не бывает!
— Я тоже люблю, когда горячо, — широко зевнув, пробормотала девушка. Но это уж вы вообще разошлись, ничего не видать. Париться собрались? — она заметила в углу в тазу замоченные веники.
— Ага. На шашлыки пойдешь?
— Да.
— Там ребята водки принесли.
— Я не пью водку. Не люблю. Если только зимой, "для сугрева".
— Я тоже не хочу водку. Дим, может ты купишь винца какого-нибудь вкусненького, — женщина по — кошачьи потянулась и положила голову ему на плечо.
Вике она нравилась все больше и больше. Неизменная добродушная улыбка непроизвольно создавала радостное, благожелательное настроение. В глазах было все: и смекалка и женственность и опыт, а главное — было заметно удовольствие, которое получает от общения с Дмитрием. Они прекрасно подходят друг другу. И как приятно после трудового дня вместо кучки кружащих вокруг нее как коршуны мужчин, ждущих результатов, увидеть милую приятную улыбку!
— Не могу больше, — вскрикнула Вика, чувствуя, как ее кожа, красная и влажная, горит от нестерпимого жара, и выскочила в предбанник. Затем встала под душ, намыливая шею, руки, живот.
Неожиданно дверь с треском открылась и на пороге возник коммерческий директор, одетый, с красным лицом. Колесникова дикой ланью прыгнула вглубь, стараясь остаться невидимой.
— Ты чего приперся? Я голая!
— Пардон, — хохотнул Петр, — я думал тут Диман один. Хотел спросить, шашлыки будет или нет.
— Будет, — ответила из-за своего укрытия девушка.
Также мощно хлопнув дверью, Петр удалился.
Вика выскочила из душевой и быстро защелкнула щеколду. Ходят тут без предупреждения! Спокойно помыться не дадут. Хоть бы постучал! Интересно, а он такой красный, потому что сильно загорел, или потому что так сильно пьет?
Она снова встала под душ, слушая, как через стенку раздаются звуки хлопающих о тела березовых листьев, затем закуталась в большое полосатое, махровое полотенце и присела на лавку. С трудом нацепив ставшие узкими и липкими штаны и кофту, девушка намотала такой же тюрбан, какой только что видела на главном бухгалтере и, крикнув, что уходит, устремилась наверх. Упав без сил на кровать, она задумалась: стоит идти или поспать? Вроде, обещала. Да и окружающие могут подумать, что она хочет держаться особняком, на дистанции, не хочет общаться. Придется встать. Чтобы, говоря языком партии, не "отделяться от коллектива" и не выглядеть высокомерной. Она вздохнула, снова зевнула, поднялась и попыталась уложить влажные волосы. Получалось плохо. После нескольких безуспешных попыток, раздраженно пульнула расческу на кресло, растрепала мокрые локоны, и взглянув в зеркало, нашла, что ее вид вполне соответствует предстоящему пикнику, шум которого разносился уже по всей округе.
— А вот и пополнение, — услышала она вскоре одобрительное приветствие.
— Мокрое дополнение, — с улыбкой сострила она.
— Не проблема — обсушим!
— Обогреем!
Все были в сборе. Девушка поняла, что рядом с ней присутствует давно уже "спитая и спетая" компания. Это выдавали неуловимые, и вместе с тем очень заметные мелочи, бессознательные движения, полунамеки, полутона, недосказанности. Чувствуя себя все же несколько не в своей тарелке, она огляделась в поисках собеседника на ближайший вечер и остановилась взглядом на Петьке. Простой и незамысловатый, беззлобный коммерческий директор составит ей неплохую компанию. Ей будет приятно послушать его болтовню (какое-то время), и она сможет лучше понять, что это за человек. Вдруг его внешний вид — лишь маска, скрывающая иную, более глубокую суть? Хотя, вряд ли. Интуиция ее редко обманывает. Она подошла поближе к огню, туда, где тот колдовал над мясом в паре с краснощеким после бани Димой.
— А запах, — протянула восхищенно Вика. Запах жареного мяса, начал быстро распространяться и говорил о скорой готовности, заставляя присутствующих сглатывать слюну.
— Просто прелесть, — согласился Дима и добавил, — эй ты, толстый! Давай, уже наливай!
Ни сколько не обидевшись на замечание по поводу своего веса, Петька бодро направился к столу и начал разливать водку по стопкам. Скривившись, Вика жалобно посмотрела на главного бухгалтера.
— Не успели, — развел тот руками, — все уже закрыто. Придется пить, что есть.
— Ну, вот, у меня голова завтра болеть будет, — почесавшись от укуса мошкары, сказала финансовый директор.
— Клин клином вышибают, — хохотнул Петька. — Значит, завтра продолжим.
Через полчаса практически все мясо было съедено, несмотря на его значительное количество. Маленький живот ее стал круглым и упругим, как в мультике про львенка. Вика запела, усевшись на лавочку: "Я на солнышке лежу, и на солнышко гляжу…"
