Романы Ильфа и Петрова полностью

Как обычно при революционных новшествах, новый порядок стремились закрепить изменениями в языке: вместо «праздник» говорили «день отдыха»; устраивались «дома отдыха пятого дня» (один из них — в Александровском дворце Детского, бывшего Царского, села); требовали отменить названия дней недели, обозначив их в календаре серпами, молотами, звездами и т. п. Становилось архаизмом и само понятие недели. Новую неделю некоторые предлагали называть «пятницей» (по образцу «седмицы»), но возобладал термин «пятидневка»: «Вагин скучал уже вторую пятидневку… [Баптист] Ломов смотрит на [подмастерье] Ванюшку уже третью пятидневку, — читаем в тогдашних очерках из заводской жизни; «Дядя, правда, что у вас в Ленинграде только два раза в пятидневку бывает солнце?» — спрашивает ребенок в записях писателя Л. Пантелеева. Откликнулась на новый календарь и наиболее злободневная форма фольклора, частушка: Мы с миленочком сидели / Пятидневочку одну, / Посидели пятидневочку — / Понравилась ему.

О том, как новый трудовой режим рисовался взгляду стороннего наблюдателя, говорят записки американского художника, посетившего СССР летом 1931: «Иностранцу в России разобраться в выходных днях не легче, чем в знаках Зодиака. Планы экскурсий, путешествий, деловых встреч то и дело срываются, т. к. в последнюю минуту узнаешь, что у смотрителя музея, администратора отеля, гида или билетного кассира, с которым ты говорил вчера, сегодня «пятый день», и соответствующая служба не работает… Так как все в России работают по пятидневной системе, и выходной каждую неделю падает на другой день, не остается ничего другого, кроме как наизусть запоминать график каждого, с кем имеешь дело».

«Фиолетовые пятые числа» — вероятно, намек на календари пятидневок, в которых различные дни рабочего цикла обозначались особыми цветами. Такие календари обсуждаются в романе В. Каверина: «…это был усеянный разноцветными кружками табель-календарь пятидневки. — Не думаете ли вы… что, если дни уже различаются по цветам, стало быть, через два-три года по цветам будет различаться все трудовое население Союза? Цвет дня отдыха станет признаком человека!.. Подхалимы, у которых, скажем, зеленый выходной день, начнут перекрашивать в зеленый цвет свои дома, своих жен и детей…» [Художник неизвестен, III.7].

В одной из тогдашних карикатур остроумно совмещены две темы — непрерывка и чистка: «Кошмарный сон. — Кошмар! Приснилось, что перешли на непрерывную чистку» (см. ЗТ 4//10 — о чистке, ДС 39//13 — о так называемой «конденсации» мотивов, которую 3. Фрейд считает типичной чертой сновидений).

Вопрос огоньковской «Индустрианы»: «34. Кто выдвинул проект непрерывной рабочей недели?» Ответ: «Ю. Ларин» [Ог 10.04.30].

[Ю. Ларин, Непрерывка, ТД 08.1929; А. Литвак, Бывшее воскресенье, КН 43.1929; Д. Маллори, Непрерывная в быту, КН 44.1929; Дон-Аминадо, Наша маленькая жизнь, 285, 730; Геллер, Некрич, Утопия у власти, т. 1: 237; П. Дубнер, Советский календарь, Ог 13.10.29; Письма в редакцию, Из 30.08.29; Не праздники, а дни отдыха, Из 14.04.29; Праздники — ненужный пережиток прошлого, Из 28.04.29; Кольцов, Конец, конец скуке мира, в его одноименной книге; Маяковский в Ог 22.09.29; Ник. Ассанов, Корпуса, которые не сдают, НМ 02.1930; Л. Пантелеев, Записная книжка 1924–1931 // Л. Пантелеев, Приоткрытая дверь, 239; Darling, Ding Goes to Russia, 151–153; Кошмарный сон, рис. А. Радакова, Чу 42.1929.]

8//21

«Что-то теперь делается в этом проклятом Пролеткульте?» — думал он. — Сатириконовский акцент: «— Что-то теперь делает этот болван Харченко? — вспомнил Клинков» [А. Аверченко, Молодость, Ст 31.1910].

8//22

…Вспоминались ему… клубные семейные вечера с лекциями и пивом. — Клубные вечера, куда рабочие и служащие приглашались вместе с семьей, широко пропагандировались в конце 20-х гг. в рамках антиалкогольной кампании, однако без большого успеха. «Рабочий приводит жену и детей в клуб в очень редких случаях, — пишет М. Кольцов. — Клуб просто не может вместить всех своих членов вместе с семьями». Частая тема юмора — семейные склоки и пьянство во время этих мероприятий. На одной из карикатур, с надписью «Семейный вечер в городском театре», изображена потасовка многочисленных супружеских пар. На рисунке «Семейный вечер в клубе» — у подъезда клуба выстроилась вереница карет… «скорой помощи». Другая карикатура озаглавлена «По-семейному»: «— Ты с ума сошел. В клубе жену бить… — Не мешай: вечер-то семейный». [Кольцов, Пустите в чайную (1928); Советский юмор, ИР 20.04.29; Кр 41.1928; Кр 20.1928; Б. Л., Семейный вечер, Бич 47.1927, и др.].

8//23