А можно устроить дуэль на мясорубках... Пораженный противник механически превращается в котлету. — Битва с помощью кухонной утвари — мотив бурлескной и карнавальной литературы. У Ф. Рабле описывается война Пантагрюэля с Колбасами, где солдаты вооружены "вертелами, жаровнями, каминными решетками, сковородами, лопатками, противнями, рашперами, кочергами, щипцами, подвертельной посудой для стекания мясного сока, метлами, котлами, ступками, пестиками" и т. д. [Гаргантюа и Пантагрюэль, IV.41]; см. замечания М. М. Бахтина о сражении и убийстве как "телесной жатве" [в его кн.: Творчество Ф. Рабле, 225-227]. В "Королевской невесте" Гофмана оружием в борьбе со хтоническими демонами, принявшими вид овощей, служат кастрюли, сковороды, уполовники [гл. 5]. В его же "Крошке Цахесе" упоминается другая утварь в роли дуэльного оружия: "На чем же мне теперь, — шепнул Бальтазару Фабиан, — драться с этим уродцем, на паяльных ли трубках или на сапожных шилах? Не могу же я драться другим оружием, когда у меня такой ужасный противник" [гл. 3]. Мотив битвы с помощью принадлежностей кухни и пира встречается в "Метаморфозах" Овидия — в описании побоища лапифов с кентаврами [ХП.210-535].
Превращение Ипполита Матвеевича в котлету перекликается с мечтами Коли об "обширной свиной котлете", где тоже возникает мотив дуэли: "Кость из котлеты торчала, как дуэльный пистолет" [см. ДС 17//3].
1 [к 21//13]. Интересно, что как у Тэффи, так и в рекламном (пропагандирующем лотерею) фельетоне М. Кольцова автор отправляет жителя захолустного Кологрива в дорогостоящее турне (соответственно на Кавказ и вокруг света). Заметим, что у М. Кольцова и в ДС гражданин Кологрива, хотя и находится в куда более шикарном месте (соответственно в Европе и Москве), сохраняет верность своему маленькому городу.
22//1
Эллочка Щукина. — Имя героини, мечтающей походить на дочь Вандербильда, могло быть навеяно авторам современной прессой, где упоминаются блестящие женщины: внучка миллионера Элита Струн [в романе 25-ти писателей "Большие пожары", Ог 1927] и дочь немецкого миллионера Элеонора Стиннес [Ог 25.09.27].
По поводу возможного прототипа Эллочки В. Ардов сообщает: "Людоедка Эллочка написана с младшей сестры первой жены В. П. Катаева... В действительности ее звали Тамара. Это была, как бы теперь сказали, особа „стиляжьго“ плана. Говорят, она жива, ей 50" [письмо к А. 3. Вулису, 1960, цит. в кн.: Вулис, Вакансии..., 213].
22//2
Вот слова, фразы и междометия, придирчиво выбранные ею из всего великого, многословного и могучего русского языка... — Неточная цитата из стихотворения в прозе И. Тургенева "Русский язык": "...о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык!" Как штамп, она употребляется у А. Аверченко с почти тем же искажением, что и в ДС: "Ты, может быть, и знаешь арифметику, но русского языка — нашего великого, разнообразного и могучего русского языка — ты не знаешь" [Бельмесов]1. Изречение это — в том же контексте критики портящих язык — напоминает Ленин в докладе на XI съезде партии большевиков [Поли. собр. соч., т. 45: 80].
22//3
Словарь Эллочки Щукиной. — По свидетельству Л. Славина, "зародыш словаря Эллочки-людоедки, впоследствии с таким блеском развитый Ильфом и Петровым", впервые возник в одном из "импровизированных застольных скетчей" Ю. Олеши [Воспоминания о Ю. Олеше]. Впрочем, по крайней мере некоторые из эллочкиных словечек достоверно восходят к другим лицам [см. ниже, примечание 4]. Словарь Эллочки — 17 слов и выражений — целиком приведен в записной книжке Ильфа наряду с другими заготовками: "Словарь Шекспира, негра и девицы", "Члек и Собак", "Хамите, медведюля" и др. [ИЗК 61,138-140]. Эскизом к образу Эллочки можно считать рассказ Е. Петрова "Даровитая девушка" [См 35.1927; Собр. соч., т. 5; см. Вулис, И. Ильф, Е. Петров, 108-109].
Употребление модных неологизмов молодыми (пользуясь позднейшим термином) "стилягами" 20-х гг. было замечено не одними Ильфом и Петровым. Ср., например, в современном ДС романе: "Ирма говорит „что надо", „классный актер", „отвратно" и все другие слова, какие полагается говорить кинодевушке... Рассказывает похабные анекдоты или, как она называет, „похабель"" [Д. Четвериков, Бунт инженера Каринского, 23]; ср. Эллочкино: "Вы — парниша что надо", — ниже в этой главе.
