Четверг, 24 января [февраль. 5], 1874 г.
«В 1 час дня
Доброе утро, дорогой Ангел, я люблю тебя, и всё, что с тобой связано, меня переполняет ужасно. Я снова очень плохо спала и чувствую себя грустно, что мы не вместе [царь был в Москве, развлекая принца Уэльского].
Мои мысли следуют за тобой в твой кабинет, где мы провели такие счастливые минуты, но сейчас мне так грустно, что это просто невыносимо – не знать, что делать с собой, и у меня всё болит. Ой, Боже мой, когда же мы сможем больше никогда не расставаться, чтобы быть вместе везде и всегда, это мечта нашей жизни.
Я ещё не получила вашей телеграммы, и это мне вдвойне грустно. О, как мне одиноко, это просто невыносимо! Я пошлю вам свою телеграмму, а затем мне необходимо будет совершить несколько очень скучных визитов. Я безумно люблю тебя.
В 10 часов вечера.
Мне пришлось оплатить некоторые счета, потом решила пойти посмотреть квартиру, которая снята на Галерной, и после этого прогуляться.
Я совершила несколько визитов, но не застала никого и решила остаться дома с малышкой…»
<…>
Хотя и несколько дальше от Зимнего дворца, чем её (Кати) бывшая резиденция, новая квартира находилась в фешенебельном районе города. <…>
В числе соседей (княгини) были князья Тенишевы, Паскевичи, графы Воронцовы, Бобринские и великий князь Владимир, сын Александра. <…>
Дом на Галерной, несмотря на аристократических соседей, был так называемым доходным домом, или, как сейчас говорят, жилым. Аренда его была оформлена на имя младшего брата Кати, Михаила Долгорукова.
Письмо Екатерины Долгоруковой, адресованное Александру II в конце января (начале февраля по новому стилю) 1874 года:
