Сергей к тому моменту трудился на заводе, был на хорошем счету у начальства и надеялся на повышение. Конечно, мать Сергея была не в восторге от того, какую сын выбрал профессию. Интеллигентная Антонина мечтала, чтобы сын пошел по стопам отца и стал учителем или, взяв с нее пример, стал бухгалтером. Но Сергей выбрал рабочую специальность, и Антонина смирилась. Тоня обладала удивительным даром, которым, к сожалению, наделены далеко не все мамы, – принимать выбор своего ребенка, видя, что тот счастлив. Антонина приняла Зою, приняла и работу Сергея, радуясь, что у ее ребенка все хорошо.
Весть о том, что Зоя беременна, Тоня тоже приняла с радостью. Она тут же начала интересоваться самочувствием Зои, давать советы и вспоминать, как сама ходила беременной. Антонине беременность далась легко, а вот Зоя «умирала». Она несколько раз теряла сознание, ее постоянно тошнило, а слабость была такой, что не хотелось вставать с кровати. Даже есть нормально во время беременности Зоя не могла. Поэтому теряла вес, вызывая беспокойство у родных и врачей.
Тяжелая беременность закончилась преждевременными родами, во время которых Зоя едва не умерла. Врачи спасли женщину и новорожденную малышку. Девочка была слаба и нуждалась в помощи специалистов. Пока малышку выхаживали врачи, Зоя приходила в себя, набиралась сил и ежедневно ходила в детское отделение смотреть на дочь. Свою малышку Зоя и Сергей назвали Верой.
Первые три месяца после родов Зоя жила как в тумане. Верочка плакала почти круглые сутки. Екатерина Андреевна считала, что плачет внучка от голода.
– Может, стоит докармливать Верочку? Давай я завтра после работы схожу к одной бабке, у нее коза. Чистенькая, хорошая. Куплю молока, и ты покормишь девку, что она у тебя орет? – предлагала Екатерина, которой было жалко и внучку, и дочку.
– Спасибо, мам, но не надо, – качала головой Зоя. – У меня достаточно молока.
Молока у молодой мамы было на самом деле много, конечно, его никто не проверял на жирность, но Зоя была уверена, что плачет дочка не от голода.
– У нее животик болит, – разглядывая Верочку, выносила свой вердикт Антонина Васильевна, – вот когда у Сережи животик болел, я… – дальше свекровь подробно рассказывала Зое, какие манипуляции она проводила, чтобы помочь сыну. Зоя слушала, кивала и даже пользовалась советами Антонины, но толку не было. Верочка продолжала кричать.
Чтобы понять причину капризов дочки, Зоя бегала по врачам. Врачи отделывались общими фразами, давали какие-то рекомендации, советовали больше гулять с ребенком и перед сном купать в ромашке.
Зоя следовала всем рекомендациям, но ничего не менялось. Ад молодой мамы закончился резко и неожиданно. В один из дней Вера просто перестала орать. Спокойно уснула в своей кровати и проспала три часа кряду, ни разу не заплакав. Для Зои это было настолько удивительно, что все три часа молодая мать просидела возле кровати дочери, присматриваясь, дышит ли та. Верочка дышала. Все было хорошо.
В квартире Зои и Сергея наступила долгожданная тишина. Зоя ощутила облегчение. Несмотря на то что ей помогали с дочкой: свекровь, мать, Сережа – все старались побыть с Верочкой, Зоя была измотана и физически, и морально. И в тот момент, когда женщина подумала, что наконец-то может отдохнуть, ее ждал очередной удар.
Зоя узнала, что беременна вновь. Это было настоящим шоком. За эти три страшных месяца интим с мужем у Зои был один или два раза. Женщина даже не помнила точное количество и дни, когда все происходило. Она была не в том состоянии, чтобы запоминать, чувствовать. В тот момент все ее мысли были сосредоточены на дочке, а секс… Его Зоя воспринимала как супружеский долг или благодарность. Своеобразное «спасибо» мужу за его заботу, внимание, доброту. И сейчас это «спасибо» дало побочный эффект. Зоя была в панике. Она была не готова и физически боялась беременности и родов. Зоя судорожно соображала, как рассказать обо всем мужу, как намекнуть, что она не хочет больше детей.
Рассказывать Сергею ничего не пришлось. Мужчина, вернувшись с работы, заметил состояние жены и спросил:
– Зой, что-то случилось? Ты сама не своя.
– Не случилось… просто… Сереж… не знаю, как сказать… – Она заломила руки, изнутри ее сжирал страх. – Сереж, я беременна.
– Беременна? – переспросил мужчина, опускаясь на стул.
– Угу. Ты не рад? – с какой-то надеждой уточнила Зоя.
– Я ошарашен, – признался Сергей. – Но, наверное, рад, – осторожно продолжил он, – мы же хотели большую семью. Помнишь, как мечтали, что у нас будет двое, а может, и трое детей? Хотели, чтобы разница у деток была минимальной, – продолжал Сережа уже уверенней. – Чтобы у них было больше общих интересов, чтобы дружили. Помнишь? Ведь получается, Зой, что мечты сбываются. И я этому рад, – улыбаясь во весь рот, подвел итог мужчина. – А ты?
– И я, – пробормотала Зоя, стараясь не смотреть на мужа и до крови закусив губу. У нее не было сил признаться, что она больше не хочет детей, что она устала и ей хватает Верочки.
