Даже стадами скота управляло особое военизированное столичное ведомство во главе с логофетом агелы, то есть главой стад. В его обязанности входили наблюдение за исправной работой конных заводов-митат, прочих ферм, поставлявших животных для общественного транспорта и почты, а также надзор за теми солдатами, которые следили за погонщиками и охраняли животных на пастбищах. Напряженная, изматывающая, затратная война с арабами постоянно требовала лошадей, перевозки людей, грузов. Кроме того надо было покрывать все возраставшие нужды государственной почты-дрома и царского двора, в частности, пышного царского кортежа, для которого отбирали лучших животных. Логофет агелы обязан был к определенному времени пригонять в военный лагерь Малагина близ северомалоазийской Никеи лошадей, мулов, верблюдов, которыми снабжали стратиотов во время военного похода, причем, случалось, их продавали по завышенным ценам, невзирая на ворчание солдат. Вместе со ставлокомитом, главой царских конюшен, он составлял списки животных, требуемых для конкретной военной экспедиции, и, как заправский логист, учитывал резерв, запас животных, нужный для непредвиденных обстоятельств.
Структура и без того сложных секретов-логофисий постепенно усложнялась, число их росло и к Х в. перевалило за шесть десятков. Невзирая на определенный дубляж функций этих ведомств, прекрасно организованный и дисциплинированный бюрократический аппарат позволял василевсу эффективно управлять огромной страной.
Помощь и поддержку императору оказывала вся многочисленная константинопольская чиновная знать. В состав столичной служилой аристократии входили синклитики и придворные, а также служащие многочисленных царских канцелярий. Все они, начиная от простого солдата и кончая главным логофетом, назначались и смещались василевсом, являлись исполнителями его воли, за исправную службу награждались подарками, либо, напротив, за нарушения подвергались тяжким наказаниям, ссылке. Жалованье — рогу придворные служащие, даже мелкие, получали тоже непосредственно от царя, тогда как провинциальные чиновники — через царских курьеров или из местного отделения государственного казначейства.
Эта рабская подчиненность служилого чиновничества императору-господину наиболее ярко выражалась в любопытном обряде, известном в X в., но, видимо, существовавшем и ранее. Перед Пасхой, за пять дней до праздника Входа Господня в Иерусалим — Вербного воскресенья, василевс собирал всех придворных служащих у одного из залов Большого императорского дворца и, стоя за огромным столом, показно, собственноручно вручал им причитающуюся рогу и подарки (драгоценные чаши, роскошные, расшитые жемчугом одежды, мантии, отрезы ткани, «многоценную» пурпурную краску), которые являлись как бы залогом искренней признательности и преданности получавших по отношению к самодержцу.
Толстенный трактат «О церемониях», составленный к 958 г., описывает протокольное платье тринадцати рангов высших чиновников. К примеру, магистру, чиновнику верховного суда, вручали мантию, расшитую золотными нитями, белую тунику, украшенную золотом, плащ-гиматий, тоже с золотой каймой, и пояс с драгоценными камнями. Сию роскошь ему надлежало одевать на все официальные мероприятия. Случалось, чтоб унести, как полагалось, на плечах, все эти знаки внимания самодержца, тяжелые мешки с золотыми монетами некоторым вельможам приходилось брать с собой свиту из слуг.
