В конце июля Ромен Гари и Джин Сиберг пригласили супругов Опно и супругов Вимон на ужин в шикарном ресторане неподалеку от Елисейских Полей, который Элен Опно терпеть не могла.
Несколько месяцев спустя{548} в командировке в Лиме, куда Гари поехал по заданию одного американского журнала, он сообщил Клоду Галлимару, что завершил первый вариант эссе «За Сганареля». Эти 600 страниц должны были стать чем-то вроде пространного предисловия к задуманной трилогии «Брат Океан».
Книга «За Сганареля; поиски героя и романа» была окончательно завершена в Париже в июне 1965 года и вышла в издательстве «Галлимар» осенью. Она представляла собой смелое эссе в защиту свободы автора, обвинительную речь в адрес «бесплотного и бездушного», на взгляд Гари, «нового романа». Помимо этого, здесь Гари ниспровергал европейскую западную культуру, породившую варварство:
Абсолютный роман [который] не признает ни за одним из отношений человека к миру характера основного, центрального, доминирующего. Единственный абсолют — это произведение искусства. Всё осмысливается через себя, приобретается, подвергается сомнению и имитации — так сказать, «проглатывается»: в соперничестве с Силой реальности рассмотрение сужается от крупных сущностей до микроскопических, от Истории до отблеска солнца на травинке. Здесь творение нового мира совершается всеми способами творения нового мира. В подобном предприятии можно руководствоваться лишь стремлением к творческой победе. Внешний мир может породить лишь соперничество. Если появляется другой приоритет, значит, условия начала диктовать Сила реальности. Писатель абсолюта — это вечный Слуга вечного Романа, это Сганарель в подчинении у шедевра. У шедевра, от которого он постоянно требует жалованья, но получает его редко.
За исключением Пьера Буадефра, да и тот в своем эссе «Кофейник на столе{550}, или Выступление против „нового романа“» высказывался очень осторожно, никто еще не осмеливался осуждать писателей, представленных в 1958 году журналом «Эспри»{551} («Дух»): Жана Кероля, Маргерит Дюрас, Жана Лагроле, Катеба Ясина, Натали Саррот, Сэмюэля Беккета, Алена Роб-фийе, Клода Симона, Мишеля Бютора, Клода Олье, Робера Пенже. Впрочем, и эссе Буадефра было написано лишь в адрес Роб-Грийе, опубликовавшего в 1953 году роман «Резинки». Ролан Барт также посвятил ему статью в журнале «Критик»: по его мнению, «Резинки» — прекрасный пример «объективной литературы». Когда появился «новый роман», Роб-Грийе безапелляционно заявил, что все отброшенные им литературные приемы устарели. Многие критики и писатели не осмеливались возражать. Все те, чьи произведения не отвечали требованиям Роб-Грийе и его эпигонов, были объявлены представителями «старого романа» и заслуживали всяческого презрения.
