– Понимаю,– тихо сказала Турава. – Я очень перед ним виновата. И не виновата… Я так ждала этого малыша!
И она молча опустила голову. Саша не пришёл и на следующий день. В день выписки Дарико подошла к врачу.
– Доктор, ответьте мне прямо, я смогу иметь детей?
Врач посмотрел на неё, бледную, осунувшуюся.
– М-м, трудно пока сказать. Нужно обследоваться. И не у нас. Поезжайте в Германию, адрес клиники я Вам напишу. Там диагностический центр при клинике один из лучших в мире.
–Да, конечно! Я не буду откладывать, ещё раз спасибо за совет, – поблагодарила она и с тяжёлым сердцем поехала домой.
По дороге она заехала в детский садик – так соскучилась по своему Лисёнку! Дочери там не было. Воспитатель, что заменяла внезапно ушедшую в отпуск по семейным обстоятельствам Ирину Сергеевну, сказала, что девочки не было уже два дня. "Странно, – подумала Дарико и улыбнулась. – Значит Лея дома".
Дарико открыла ключом дверь, вошла: было непривычно тихо. Она поднялась в детскую: дочки там не было. И тут Дэри увидела воспитательницу её дочери.
– Ирина Сергеевна?! Где Лея?
– Дети с Еленой Николаевной на отдыхе. Александр Николаевич отправил их в Тайланд. У Леи был сильный стресс, и он решил, что новые впечатления помогут забыть этот кошмар.
Дарико внимательно посмотрела на женщину.
– Тогда Вы что здесь делаете?
– Я… Я подумала, что в такой ситуации моя помощь не повредит… – пролепетала она, сконфузившись под проницательным взглядом Дарико. – Александр Николаевич разрешил мне занять гостевую комнату.
– Понятно… Всегда мечтали занять моё место, а тут такой случай: жена-стерва косячит, – усмехнулась Дарико и прошла в свою комнату.
По дороге вдруг задумалась и свернула к кабинету мужа. Саша спал, сидя за столом. На полу валялись бутылки из-под спиртного, на столе стояли фужеры. Она запустила пальцы в его шевелюру: он не шелохнулся. "Мертвецки пьян, – удивилась она. – Никогда его таким не видела". Она тихо вышла, затворив дверь. Потом постучала в дверь гостевой комнаты.
– Ирина Сергеевна, спасибо! В Вашем присутствии здесь больше нужды нет, я вполне здорова и справлюсь сама. Вызовите такси, я оплачу проезд.
Когда Наумов позвонил в садик предупредить, что Лея на две недели уезжает с бабушкой отдыхать, голос его дрожал. Воспитатель выудила у него причину внезапного отъезда девочки. Ирина Сергеевна поняла, что это – её шанс, один на миллион.
Наумов был мужчина, о котором можно только мечтать. Во-первых, на него было приятно смотреть: он не расползся, как другие мужики после 30 лет. Фигура – не как у юноши, мужская, но хоть сейчас на подиум: раза три в неделю точно в тренажёрке пашет. И одет всегда со вкусом, к месту. Во-вторых, мозги – дай Бог каждому: интеллектуал, умница. Поэтому и бизнес у него прёт. В городе его даже не уважают – обожают! Соберёт таких же состоятельных, как он: то в доме престарелых ремонт сделают, то детей-сирот на море отправят. А ей уже 30 лет, и на горизонте никого… Поэтому после его звонка она посмотрела в журнале адрес Леи и поехала. Поддерживать и помогать.
Помогать так и не получилось: Елена Николаевна прекрасно собрала внука Сашку и Лею сама, очень странно на неё посмотрела, но ничего не сказала. Поддерживать тоже особо не удавалось. Она рассчитывала, что Александр Николаевич поделится с ней своим горем, выговорится, она его выслушает, утешит… Он лишь поблагодарил её за участие, а так как было поздно, предложил остаться переночевать в комнате для гостей, где она и осталась. Сам же заперся в кабинете и не выходил из него два дня. Всё шло не так, как она предполагала. А теперь ещё вернулась его красавица-жена, которая даже после больницы выглядела куда лучше неё… Ирина Сергеевна покидала дом Наумовых крайне разочарованная.
Закрыв дверь за непрошенной гостьей, Дарико вымылась, привела волосы и лицо в порядок. Убрала бутылки из кабинета, сварила крепкий куриный бульон, постелила салфетку и поставила тарелку перед мужем.
– Саш, Саша, – потрясла она его за плечо. – Надо поесть, печень и желудок не железные…
Он поднял голову со стола, посмотрел на неё тёмными глазами, не понимая: мерещится она ему или действительно стоит рядом.
– Бульон поешь с хлебом, говорю. И давай уже завязывай…
Наумов горько усмехнулся, взял ложку и начал есть. Дарико села на стул неподалёку.
– Ещё будешь?
– Спасибо, сыт.
– Лея когда вернётся?
– Через две недели.
Дарико вздохнула:
–И ты две недели собираешься квасить?
– Это моё дело.
– Понятно. Значит, горе у тебя у одного?
Сашка поднял не неё взгляд: роскошна и красива, как всегда.
– Похоже, да… – потом помолчал и горечью добавил. – Хочешь – поезжай к своим лошадям, теперь уже можно скакать верхом: ничто не мешает…
Губы Дарико задрожали:
– Саш, не надо со мной так!
– А как?!
– Мне ведь тоже больно…
– А сыну? Ему не было больно, когда он умирал?!
Дарико встала, её била дрожь.
– Прости, что не умерла вместе с ним! – бросила она в лицо мужу и вышла.
