Роми тоже фигурирует в списке детей «поколения нацистов», более того, ее фотография помещена на обложку журнала. На снимке – улыбающееся лицо восемнадцатилетней Роми. Под снимком подпись, которая потом долго будет ассоциироваться с Роми и которая объясняет неприязнь актрисы к прессе ее родной страны: «Гейзельгастейгская мадонна». (Гейзельгастейг – пригород Мюнхена, где находится знаменитая киностудия.)
Даниэль Бьязини приезжает с родителями к Роми в Западный Берлин. Он счастлив, но безмерно устал. Накануне он устроил мальчишник в парижском закрытом клубе-ресторане «Кастель», а в пять утра сел на самолет с пересадкой в Бонне, чтобы воссоединиться с невестой, которая с нетерпением ждет его в отеле. Он почти не спал, ну да ладно, день ведь только начинается!
Несколько месяцев пролетели как один день, но Роми по-прежнему убеждена: Даниэль – именно тот мужчина, с которым она наконец-то создаст настоящую семью.
Прошлым летом Роми и Даниэль отправились на яхте на Корсику, в порт Кальви. Сойдя на берег, Роми находит телефон-автомат и звонит в Париж, узнать, как там Давид, которого она оставила с няней. Няня сообщает, что ей звонил месье Висконти и просил связаться с ним как можно скорее.
Роми вешает трубку, отыскивает в сумке мелочь и набирает римский номер Висконти. Тот сразу же подходит к телефону и предлагает Роми сниматься в его новом фильме с участием Алена Делона. Для этого она должна приехать в Рим. Рядом с ней в телефонной будке стоит Даниэль. Когда она отвечает: «Я не могу сниматься, я беременна!» – Даниэль пристально смотрит на нее. Неужели она это выдумала, чтобы под благовидным предлогом отказаться от участия в фильме? Или это правда, и он сейчас случайно узнал чудесную новость? Роми вешает трубку, улыбается и бросается в объятия любимого человека. К несчастью, через несколько дней, 31 декабря, у нее на четвертом месяце беременности случится выкидыш из-за инфекции, которую она подхватила при хирургической операции на зубе мудрости.
После этого несчастья и путешествия на Ямайку, которое они предприняли, чтобы отвлечься, Роми объявила изумленному Даниэлю, что хотела бы вступить с ним в законный брак. Она уже все спланировала: утром – бракосочетание в Берлине, в полдень – обед с родителями, а вечером того же дня – вечеринка в Париже.
Чтобы не привлекать внимания папарацци, местом как для проведения церемонии, так и для обеда назначают отель, где Роми остановилась два дня назад. Среди почетных гостей – бургомистр Западного Берлина. Знаменитый парикмахер Александр специально прилетел из Парижа, чтобы заняться прической невесты. В качестве головного убора Роми выбрала венок из флердоранжа. А в три часа – снова в дорогу. В сопровождении родителей Даниэля и Магды новобрачные едут в аэропорт, где они садятся в самолет до Парижа.
Они решили, что вечеринка должна пройти в «Оранжери», знаменитом ресторане на острове Сен-Луи, где привыкли бывать в обществе Клода Соте, Жана-Луи Ливи, продюсеров Раймона Данона и Альбина дю Буаруврэ, а также Жан-Клода Бриали. Скоро все они будут здесь, рядом с ними, чтобы поднять бокалы за их любовь. И посмотреть на счастливое лицо Роми.
Итак, после Алена и Гарри Даниэль стал еще одним мужчиной, с которым она захотела соединить свою жизнь, создать домашний очаг, испытать чувство защищенности. Но кто может в полной мере чувствовать себя защищенным? Роми хочет увековечить этот миг. Миг ничем не омраченного счастья, идеальный, как почтовая открытка.
Вместо обручального кольца (Роми решила от него отказаться) на пальце у нее три тоненьких колечка от Картье, подаренные Даниэлем. А она преподнесла ему кольцо с печаткой, которое всю жизнь носил ее отец, – зеленый камень с вырезанными на нем инициалами W и A (Вольф Альбах). Она добавила еще два – D (Даниэль) и R (Роми). Теперь они связаны навсегда.
Такое событие Роми не пропустила бы ни при каких обстоятельствах. Ей предоставили место в первом ряду этого престижного парижского зала, и она настояла, чтобы вместе с ней пригласили и Даниэля. Сегодня большая семья кинематографистов явилась на первую в истории церемонию вручения премии «Цезарь», недавно учрежденной французской Академией кино.
Президент академии, продюсер Жерар Кравен, решил создать французский аналог голливудской кинопремии и организовал в этой связи торжественную церемонию, которая смогла бы соперничать по популярности с легендарной церемонией вручения «Оскара». И сегодня вечером все обещало быть как в Америке – красная дорожка, смокинги, вечерние платья и бриллианты.
