— Тогда последняя, но очень важная команда: ВСЕ ненужные мысли остаются здесь, так как мы летим развлекаться! В лимузин бего-о-ом марш!
Забавно, но мы сорвались с места и рванули в сторону лестницы наперегонки. Промчавшись по комнатам и коридорам, скатились вниз по ступенькам, вынеслись на улицу, чуть не снесли с дороги Олафа с Дотти и первыми вломились в флаер.
— Ну че,
— Не то слово! — в том же тоне отозвалась Аннеке. — А вы,
— Я вчера слегка размялся, так что в отличной форме! — хохотнул здоровяк. — А вот ваш муж все в делах да заботах. Скоро, вон, пузо наест!
— Какое пузо? — возмутилась Ари. — Ты, вон, с одной справиться не можешь, а у него нас трое!
— У меня еще все впереди! Ай!!! Дотти, любимая, кажется, в спортзале ты немного недобрала нагрузки…
— Чем провоцировать любимую жену и рисковать здоровьем, лучше бы записи со вчерашней гулянки показал! — ухмыльнулась я и, тем самым, спасла беднягу от удушения: Рраг, оставив в покое широченную шею мужа, перебралась к нему на колени и заерзала от нетерпения.
Несмотря на то, что первые куски нарезки я уже видела, смотрела их с таким же восторгом, как Ари и Ани. Хотя нет, с меньшим — я общалась с «Конкистадорами» пять с лишним месяцев, прожила в Эррате целых три и успела проникнуться духом агрессивного веселья. А эта парочка, потеряв дар речи при виде Дотти без квалификационной полоски на груди, немного отошла только во время «сольного выступления» Олафа, а во время поединка моей подружки с нашей обидчицей начала хохотать.
За весельем четы Рагнарсонов на танцполе все мы смотрели, держась за животы: супруга веселилась, напрочь отпустив тормоза, а супруг, чуть менее пластично, зато куда убедительнее двигался вокруг нее. И в упор не замечал мелкие препятствия. А так как все «препятствия» в зале для него были мелкими, чувствовал себя и любимую жену единственными отдыхающими, причем на всю систему!
Стиль гашения конфликтов нас тоже восхитил — Кувалда гасил эти самые конфликты вместе с сознаниями тех, кто пытался чем-то возмутиться и тут же забывал о мелких неприятностях — для него во всей вселенной существовала только Дотти! Конечно же, такая «милая естественность» нравилась далеко не всем — Олафа вызвали на дуэль дважды, а Рраг еще один раз. И если она снова превратила поединок в балаган, то Кувалда особо не утруждался — в первом бою сломал противника встречным ударом, а во втором, оскорбленный тем, что его вызвала женщина, «завязал» ей руки чуть ли не узлом, перекинул через колено и отшлепал. В процессе наказания убеждая несчастную, что семейная жизнь, рождение детей и кормление их грудью способствует понижению уровня агрессии.
После такой демонстрации подавляющего превосходства их старались не злить. От слова «совсем» — радостно уступали дорогу и лучшие места, обслуживали быстро и с искренним счастьем на лицах, старались предвосхитить любые желания и улыбались чуть ли не до коренных зубов.
— В общем, нам были так рады, так рады… — весело затараторила Дотти, когда нарезка закончилась. — …что на выходе из «Номми’Тот» я вдруг поняла очевидную вещь: неважно, есть на вас квалификационная полоска или нет. Главное, чтобы вы были так же красивы телом и душой, как мы с Олафом!
Мы грохнули. А Рраг, страшно довольная собою и мужем, перебралась на колени к Дэну и захлопала ресницами:
— Папочка, а куда мы летим?! А там будут вредные дяденьки и тетеньки?! А ты купишь мне мороженое?!
— А что, Олаф тебе его не покупает? — поддела ее Ари.
Дотти округлила глаза и прошептала на весь салон:
— Одно мороженное от Олафа и одно от папочки — это же ДВА мороженых!!!
Пока мы хохотали, лимузин снизился, ушел в коридор замедления и, вырвавшись из основного «жгута» флаеров, плавно опустился на паркинг для особо важных персон. Мы тут же вывалились из салона, огляделись, восторженно заверещали и рванули к ограждению, сообразив, что Дэн привез нас в парк экстремальных развлечений с романтичным названием, естественно, на фалини, «Сад Оживших Грез». Пока мы смотрели вниз с километровой высоты, разглядывая отроги гор, леса, водопады, среди которых прятались аттракционы, мой мужчина определился на местности, крикнул нас и направился к ажурной башенке проката прогулочных антигравов.
