Россия на перепутье полностью

Ликвидация чего-то не всегда может стать основой чего-то нового. Но в нашем случае начало создаваться такое новое, настолько позитивное, которое могло бы оправдать такие издержки. И хотя издержки, которые измеряются человеческими жизнями, невосполнимы, все-таки в Советском Союзе была построена такая социальная организация, которая могла сложиться в результате именно того конкретно-исторического варианта по объективным социальным законам. В сталинские годы практически все предприятия были построены заново; во всяком случае, то, что было построено, по объему во много раз превосходило то, что досталось по наследству и по социальному статусу изначально было государственной собственностью. Государственные учреждения, некоторые муниципальные органы, больницы, учебные заведения и т. п., как правило, и раньше (при царе) не были частными.

Но теперь государственной собственности стало больше. Появились государственные чиновники, выполнявшие функции работодателя, они имели некоторые преимущества, в том числе и материального плана.

Важным, с нашей точки зрения, является не столько то, что исчезло в результате революции, сколько то, что развилось взамен. Ведь ситуация была такой, что могло произойти черт знает что, а может быть и хуже. А взамен пришли стандартные первичные деловые коллективы с определенной структурой сотрудников, соотношениями начальствования и подчинения, причем с иерархией и сетью таких отношений. Эти отношения стали неустранимой основой социального и материального неравенства граждан общества – основой для нового классового структурирования населения.

Эксплуатировало ли новое государство трудящихся? Эксплуатировало. Это был, как бы сказали теперь, государственный капитализм. Со своими достоинствами и недостатками.

Жизнь заставляла Сталина форсировать выход в свет труда, известного под названием «Экономические проблемы социализма в СССР». Конечно, там никакого упоминания о государственном капитализме нет. Преимущественная сторона нового государственного образования проявилась в том, что со временем конкретно-исторические задачи, вынуждавшие строителей нового общества осуществлять коллективизацию сельского хозяйства, индустриализацию страны и т. д., отошли на задний план или исчерпали себя, а неосознанный и незапланированный социальный аспект заявил о себе как одно из самых главных достижений русского коммунизма.

Советский период нашей истории начался с беспрецедентной заботы о детях и молодежи. Создавались детские ясли и сады, школы, профессиональные училища, техникумы, институты. Ликвидировали беспризорность. Проводилась тотальная борьба с безграмотностью и религиозным мракобесием. Образование, просвещение, медицина, гигиена систематически внедрялись в жизнь миллионов людей. Одной из величайших заслуг сталинской эпохи явилась культурная революция. Новое общество нуждалось в миллионах образованных и профессионально подготовленных людей. И оно получило возможность удовлетворить эту потребность в первую очередь.

Это поразительный феномен, не имеющий прецедентов в истории: самым доступным для нового общества оказалось то, что было самым труднодоступным для прошлой истории, – образование и культура. Оказалось, что гораздо легче дать людям хорошее образование и открыть им доступ к достижениям культуры, чем дать им приличное жилье, одежду и пищу. Доступ к образованию и культуре был мощной компенсацией за бытовое убожество. Люди переносили бытовые трудности, лишь бы получить какое-то образование и приобщиться к культуре. Тяга миллионов людей к этому была настолько сильной, что ее не могла остановить никакая сила в мире. Всякая попытка вернуть страну в дореволюционное состояние воспринималась как страшная угроза этому завоеванию революции.

Может быть, современным людям покажется странным, но следует подчеркнуть, что именно образование коллективов, благодаря которым люди приобщались к публичной социальной жизни, оказалось самым важным завоеванием революции, привлекшим массы на сторону нового строя. По крайней мере подавляющее большинство населения страны через них ощутило заботу о себе общества и власти. Сейчас можно этот опыт истории интерпретировать и так: русские крестьяне, вытесненные в город в ходе коллективизации, восстановили общину на стройке и на заводе в виде «трудового коллектива». Именно этот уникальный уклад со многими крестьянскими атрибутами (включая штурмовщину) во многом определил «русское чудо» – необъяснимо эффективную форсированную индустриализацию СССР.