Когда наши умники, очевидно по указке того же Запада, пустили в оборот еврооблигации, это явилось одной из самых гениальной операцией по выдавливанию на Запад наших национальных богатств руками нашей «пятой колонны». Пресловутые ГКО – это такая обдираловка, какой свет не видывал. Механизм этот рухнул в августе 1998 года. С самого начала было ясно, что ни одна экономика на свете не может выдержать системы, при которой государство берет в долг у своих и западных банкиров рубль, а должно возвращать за этот рубль полтора. Было сделано так, что курс ГКО был предусмотрен плавающим, и сторублевую, образно говоря, бумагу, стая финансистов могла на открытых торгах покупать, скажем, за шестьдесят целковых. А государство, обдирая нас налогами, обязано было возвращать им полновесные сто рублей, да еще и с начисленными процентами. То есть с самого начала была заложена подлянка и бомба замедленного действия. Сталина в стране, как вы знаете, не было. По ушам таким шутникам дать было некому, и поэтому – пошло-поехало. Беды, принесенные ГКО русским, неисчислимы. Конечно, никто деньги в заводы и фабрики не вкладывал. Промышленность продолжала хиреть. А ублюдочные (те, что у блюда) спекулянты ГКО тотчас меняли шальные рубли на доллары и вывозили их из России – ведь две трети ГКО держали иностранцы и так называемые «уполномоченные банки», в которых государство хранило свои деньги. За 1996–1998 годы западные финансовые структуры выкачали из России через ГКО почти 72 миллиарда долларов. Разум мутится от этих цифр. Запад, таким образом, только с помощью ГКО почти полностью вернул себе то, что дал в виде кредитов (а хотите – понимайте – в виде подачки) господам «реформаторам» на инвестиции в контрреволюцию в России 1989–1991 годов.
Реальная «цена», которую заплатила Россия и россияне за непрофессиональное решение 17 августа 1998 года, была огромной. Объем ВВП, несмотря на оптимистические прогнозы, начал сокращаться еще до событий 17 августа: в мае 1998 года – на 4,5 процента (наибольшее сокращение с конца 1994 года), в августе – более чем на 8 процентов, а в сентябре – уже до 10 процентов. Спад промышленного производства в июле составил 9,4 процента, а после событий 17 августа – в сентябре достиг 14,5 процента. Объем инвестиций резко сократился – на 23–25 млрд рублей. Возросли неплатежи. Банковская система оказалась в полном параличе, попросту перестала функционировать. Только прямые потери коммерческих банков составили порядка 45–48 млрд рублей. Косвенные потери в результате девальвации рубля и выплат по «форвардным» контрактам превзошли эту сумму еще миллиардов на 10. Инфляция в первую неделю сентября превысила 15 процентов, а затем подскочила до 38 и более процентов. Страна входила в режим гиперинфляции. После дефолта в стране произошел фактический передел собственности. Посредством спекулятивных сделок с ГКО был задействован механизм личного обогащения ряда высших должностных лиц государства. Теперь, по истечении многих лет, становится ясным, ради чего замышляли всю эту «перестройку». Речь ведь идет о больших деньгах, тоннах золота и килограммах бриллиантов. Это – так называемое «золото партии». Нынешняя РФ будет видимостью государства до тех пор, пока все мы не осознаем, что страну у нас украли. Обчистили до нитки. Так называемым «демократам» с «реформаторами» по законам собственности через одного место на тюремных нарах. Они совершили самый наглый и грандиозный грабеж в человеческой истории, перегнав украденное на Запад.
Вряд ли мы узнаем, сколько денег было в кубышке КПСС. Понятно, что пополнялась она не только за счет партийных взносов и прибыли от издательской деятельности. Кто может сказать, что вытворяло Политбюро семьдесят лет с золотым запасом страны? На каких условиях КПСС помогала братским партиям и диктаторским режимам? Куда подевались несчитанные-немеренные ценности, конфискованные после революции, малая толика которых красуется на стендах Алмазного фонда? Думается, что это в денежном выражении – фантастические суммы. В 1991 году в трех крупных городах России появилось около десятка коммерческих банков. Никто не мог заподозрить банкиров-демократов в связях с КПСС. Но связь была. Именно в эти банки от предприятий и организаций ручейками начали стекаться денежки КПСС, не стихийно, а по заранее составленному графику. Эти банки финансировали создающиеся надежными людьми фонды, фирмы, компании. Эти структуры, используя связи в верхах, быстро становились на ноги. Большинство из них процветают и сегодня. Кроме всего прочего, эти банки проводили бойкое кредитование небольших липовых кооперативов, малых предприятий и т. п., в каждом из которых имелись два-три человека от партии. На полученные деньги они покупали валюту и вывозили за границу. Доллары оседали на счетах, открытых членами таких подпольных групп в швейцарском банке. Спустя некоторое время кооперативы становились банкротами. Выяснялось, что взыскивать деньги не с кого.
