Россия на перепутье полностью

А. Севастьянов противопоставлял Россию, в которой отношение к предпринимательству всегда было принципиально иным, еврейскому торгово-финансовому государству, для которого «Прибыль – смысл и цель торговли, любой сделки. Уже в античные времена еврейские предприниматели и банкиры постигли старую мудрость: наша экономическая деятельность есть лишь канализация алчности». Предприниматель, который просто «канализировал свою алчность», преследуя только цель извлечения прибыли только для себя лично, отторгался русским обществом. Для нас экономическая деятельность – есть функция жизнестроительная, творчески креативная, коммуникативная, наконец, и лишь в последнюю очередь – обогащающая купца или промышленника».

Основным политическим и представительным органом должны быть профессиональные и корпоративные Советы. Это хорошее корневое русское слово. В истории страны оно применяется очень давно. Любому человеку нужно защищать интересы своей профессиональной группы и своей территориальной общины. Поэтому, будьте так любезны, верните нам формирование представительства от этих групп (на местном и общенациональном) уровне, как это было в эпоху традиций на Руси.

Русская артель была вполне социалистической организацией, члены которой всегда получали огромный материальный стимул к хорошей работе – приличные заработки. Они во много раз превышали заработки отдельных наемных рабочих (и государственных, и «частных»). Общественная собственность артели отрицала присвоение заработанного одним лицом. Все доходы распределялись между всеми ее представителями, но не уравнительно, а иерархически, в соответствии с конкретным вкладом работника. Артельная этика побуждала каждого рабочего считать свое предприятие действительно своим, чувствовать себя полноценным хозяином, жизненно важной «частью» единого организма.

Самобытным явлением в России – многовековой практикой русского государственного социализма – являлась крестьянская община. Община представляла собой идеальный нравственный и социальный регулятор народной жизни. Общинники, соучаствовавшие в распоряжении землей, устанавливали между собой определенные соседские бытовые отношения. Община способствовала быстрому распространению полезных нововведений. В России крестьянская община еще даст о себе знать, и не исключено, что в форме обновленных колхозов. Но и индивидуальное крестьянское хозяйство нельзя сбрасывать со счетов. Ленин и Сталин игнорировали возможности крестьянина-единоличника. Труд крестьянина имеет творческий характер и не терпит указаний свыше. Можно сказать, что все искусство сельского хозяина заключается в умении использовать частности. Только сам хозяин, за долгие годы практики изучивший свое хозяйство, может успешно вести его. Но это не значит, что сельское хозяйство в целом неспособно использовать преимущества крупного хозяйства. Ряд звеньев сельскохозяйственного производства только выигрывают от объединения. Такое объединение создается кооперацией. Кооперация плодотворна для таких, например, звеньев земледельческого производства, как молотьба, сливкоотделение, приготовление масла, трепка льна, продажа сельхозпродукции, получение кредитов, и других.

Чтобы их работа была эффективнее, крестьяне должны объединяться во множество кооперативов разных размеров по тому или иному профилю их деятельности. Так называемая «вертикальная» кооперация, в отличие от «горизонтальной», когда одна и та же группа крестьян объединяет все свои хозяйства, все звенья своего организационного плана, и при этом для большинства из них не достигается оптимума. Типичным примером «горизонтальной» кооперации может служить колхоз.

Далее я попытаюсь изложить взгляд на возможные пути развития России исходя из русской национальной идеи и опыта последних лет. Сразу же хочу заострить внимание читателя на настоятельной необходимости введения в основу прекращения развала России идеологического начала, чего, к сожалению, до сих пор не сделано. Путь «в никуда» может быть приостановлен, если будет осуществлен поворот в сторону отказа от шкурных интересов, ибо гласит древняя мудрость: с тех пор как гражданин становится собственником, он перестает быть патриотом.

Еще в XIX веке англичанин Маколей Томас Бабингтон сказал буквально такие слова: «хорошее правительство – не то, которое хочет сделать людей счастливыми, а то, которое знает, как этого добиться». Так давно сказано, а звучит актуально. Это мы наблюдаем и сейчас: все, кому не лень, говорят, что счастье и светлое завтра для всех наступит скоро, но как они это сделают, не говорят. Да и не могут, надо быть объективными, потому что по-прежнему будут вначале отнимать и только потом, давать, в пределах того, что позволит государственный бюджет.