Листки из белой стопки, испещрённые диаграммами, медицинскими терминами и пояснениями к ним, один за другим методично исчезали в измельчителе, а соответствующие страницы в тетради покрывались многочисленными кодированными записями и символами, значение которых было известно только одному хозяину кабинета. Покончив с бумажной работой, он извлёк из глубины многочисленных ящиков стола лазерный диск в футляре белого цвета и вставил его в компьютер, включив предварительно какое-то устройство, вероятно предназначенное для предотвращения несанкционированного съёма информации через электромагнитные излучения и звуковые колебания. Ослабил галстук, откинулся на спинку кресла и приготовился смотреть «кино». Но монитор, вместо фильма, почему – то выдавал статическую картинку, на которой два помощника и Сергей Сергеич с открытыми ртами, молча смотрели на Иван Иваныча. Средний мужчина даже подумал, что его навороченный комп завис, и он предпринял попытку повлиять на его работоспособность путём некоторых манипуляций с клавиатурой. Однако вскоре картинка зашевелилась и зазвучала сама собой, потому что Иван Иваныч, обратив внимание на неадекватную реакцию своих подчинённых по поводу его предложения о переименовании партии ЭРЭСов, прервал немую сцену.
– А что, собственно, особенного я предложил? – И тут же сам себе ответил. – Во-первых: я не призываю сделать это немедленно; во-вторых: разве это настолько необычная процедура, что вызвала у вас, особенно у вас, Сергей Сергеич, столько удивления? В перспективе сделать это всё равно придётся, потому что – я в этом совершенно уверен – ряды наши существенно увеличатся, претерпят изменения программные документы, расширятся задачи. Исходя из этого, рано или поздно придётся вернуться к вопросу переименования. И чтобы в будущем не тратить на это драгоценное время, я предлагаю уже сегодня подумать над таким названием, как Российская партия социальной справедливости. В аббревиатуре – РПСС. По-моему это гораздо шире, чем то, что есть сейчас, потому что справедливость социальная, о которой так мечтают наши граждане, а не просто какая-то и не понятно для кого. Кроме того, очень созвучно с небезызвестной организацией.
– Разве это хорошо? – Робко поинтересовался Вадим Вадимыч, уверенный, что такое совпадение букв в аббревиатуре оттолкнёт потенциальных сторонников.
– Конечно хорошо! – Парировал Иван Иваныч. – Именно ПСС должны привлечь к нам тех, кому так дороги эти буквы! А их, к счастью, ещё не мало. Вдруг, как будто что-то вспомнив, он прервал свои размышления. – Но это дело будущего, а сейчас нам надо делать то, ради чего мы все здесь находимся. Присутствующие заёрзали на своих стульях, усаживаясь поудобнее в предчувствии серьёзной работы.
На этом моменте неприметный мужчина остановил дисковод, извлёк диск, вернул его на место и принялся делать пометки в своей бесценной тетради. Затем обратился к стопке синих листов. Когда она иссякла, достал из глубин стола очередной CD, но уже синего цвета и приступил к просмотру его содержимого.
В дверь кабинета Василь Васильича вихрем влетел растрёпанный Борис Борисыч и, не дожидаясь приглашения, что было для него совсем не типично, обессилено повалился на стул за приставным столом, шлёпнув в сердцах по его крышке Партийной папкой. Для полноты картины оставалось только без спроса схватить со стола шефа графин, налить из него полный стакан и выпить залпом, утеревшись рукавом. Но, то ли Борис Борисыч не испытывал желания так поступить, то ли Василь Васильич прервал его намерения своим вопросом: – что с вами, что случилось? Андрей Андреича назначили президентом или Галкин бросил Пугачёву?
– Хуже! – Выдохнул думский предводитель.
– Ну что может быть хуже? – Не переставал шутить его шеф, сопровождая сказанное улыбкой человека, уверенного, что без его ведома ничего экстраординарного произойти не может. – Вы всё ещё серьёзно воспринимаете выступление Иван Иваныча? Успокойтесь, он ещё не такими вещами бредил.
– Но милицию в полицию, всё же, переименовал. – Не унимался Борис Борисыч.
– И что от этого изменилось? – Усмехнулся Василь Васильич. – Ну вот, а вы сразу в панику. Ладно, рассказывайте, что там на вашем хурале было, хотя я и сам могу предположить, но хотелось бы узнать детали. Борис Борисыч всё же попросил разрешения выпить воды и, шумно выдохнув, как будто опрокинул в себя стакан водки, пересказал шефу в мельчайших подробностях, не избежав собственных комментариев, всё происходившее с его участием. Особое внимание он обратил на то, что, скорей всего, самое интересное происходило за закрытыми дверями, когда всех не допущенных к узкому кругу попросили удалиться.
По мере поступления информации весёлое настроение Василь Васильича постепенно портилось, однако он всячески старался сохранять хорошую мину при плохой игре, чтобы не показывать свою озабоченность собеседнику.
– Ну и что? Большинство-то у нас. Инициируйте у себя там, в законодательном органе, импичмент. Если нет достаточного повода, – найдите. – Предварил он вопрос Борис Борисыча.
