Роман «И прошёл год» (One year gone) написала Ребекка Дессертайн, ассистент создателя и бессменного исполнительного продюсера сериала «Сверхъестественное» Эрика Крипке. Босс снабдил её произведение предисловием: «Все мои записи и наброски ложатся ей (Ребекке Дессертайн) на стол. Она предлагает великолепные идеи, и, главное, ей очень удобно наблюдать, как снимается наш сериальчик. И всё это вылилось в книжку, или голограмму, которая и попала в ваши загребущие лапки. Думаю, вам понравится уголок, который она застолбила в нашей маленькой чокнутой вселенной.». Роман повествует о событиях, происходящих в 5-м и 6-м сезонах сериала «Сверхъестественное». В начале 5-го сезона ангел Кастиил пытается отыскать отправившегося куда-то по своим делам Бога, ибо налицо все признаки начала апокалипсиса, а в конце Сэм попадает в ад. В начале 6-го – Дин, отчаявшись спасти брата и очень из-за этого переживая, пытается создать семью. Но Сэм вырывается из ада, и братья начинают охоту на самого Люцифера. Между этими событиями прошёл ровно год.
В романе речь идёт о ведьмах, «Некрономиконе» – «большая часть книги – плод фантазии оккультиста и писателя ХХ века Говарда Филлипса Лавкрафта», и о городишке Салем, штат Массачусетс, куда Сэм и Дин порознь отправляются на ведьм охотиться. В книге много отсылок к сериалу, распознать которые под силу лишь фанатам, и к конкурирующим телепродуктам, например, к «Настоящей крови», снятой по романам Шарлин Харрис «Вампирские тайны». Есть вставная новелла, зеркально отображающая основу «Сверхъестественного»: в руки Дина попадает дневник охотника XVII века Натаниэля Кэмпбелла, который, словно Винчестер-старший, натаскивает на нечисть совсем юных сыновей Томаса и Калеба. Писательница меньше озабочена символически-сакральными образами, в тексте много рационального. Например, методично разъясняется, как возникло американское «народное творчество», сильно смахивающее на российский детский фольклор, – страшилки на ночь в загородных лагерях о красной руке в чёрной комнате: «Библия, конечно, была главным культурным ориентиром в пуританских поселениях, но христианство тем не менее не смогло полностью уничтожить фольклорные верования, которые люди привезли с собой из Европы. Англичане рассказывали о фейри, крадущих детей, французы – об оборотнях, немцы – о вампирах…». Рискованно дразня, а заодно и просвещая фанатов, Ребекка Дессертайн неутомимо разоблачает таинственность ведьмовства: «Зимой 1692 года всех обуял такой страх, какого люди раньше не испытывали. Всю Новую Англию охватили беспорядки, и Салем постоянно находился в напряжении: то англичане со своими налогами, то набеги Короля Филиппа, вождя вампаноагов (переводчица Е. Цирюльникова даёт сноску: английские поселенцы так прозвали Метакомета, вождя одного из племён индейцев юго-востока Массачусетса, из-за внешнего сходства с королём Испании Филиппом II), и, как будто этого было мало, бушевала эпидемия оспы. Вдобавок ко всему зима выдалась очень холодная, и люди едва не сходили с ума, сидя в своих задымлённых лачугах. Салем раздирали сплетни и ссоры, жители потеряли покой и сон и были готовы поверить в худшее о собственных соседях». К этому надобно прибавить установленные историками факты корысти самозваных юристов, наживавшихся на имуществе «ведьм», происков врачей, устранявших своих конкурентов – повитух, и ярость проповедников-экстремистов от разуверившейся, ускользающей паствы, но в целом писательница против истины не грешит. Умный Натаниэль говорит: «Пока Салем отправляет на виселицу ни в чём не повинных старух, настоящие ведьмы разгуливают на свободе». Автор не особенно напрягается насчёт конформистской, массовой литературы, открывая читателям: люди всегда видят зло совсем не там, где оно действительно скрывается.
