Подполье ОУН-УПА было самым большим вызовом плану советизации Западной Украины. В 1944 г., в зените своей силы, УПА насчитывала от 25 до 30 тыс. партизан и обладала мобилизационным потенциалом до 100 тыс. человек1428. С лета 1944-го и до конца 1945 г., то есть в период восстановления советской власти, с территории Западной Украины в ряды Красной Армии было призвано рекордно высокое количество новобранцев - до 700 тыс. человек (таким способом пытались упредить пополнение рядов УПА)1429.
Новая власть стремилась советизировать сознание молодого населения и с этой целью развернула всестороннюю и интенсивную идеологическую пропаганду (в т.ч. в школах, библиотеках, кинотеатрах и молодежных клубах). В этой кампании ОУН и УПА изображали в самых мрачных пропагандистских тонах: их называли «немецко-украинскими националистами», «предателями», «бандитами» и «врагами украинского и советского народа». На территорию Западной Украины были направлены сотни агитаторов, которые пытались привить местному населению советский образ мысли. В ноябре-декабре 1944 г.
только в Дрогобычской обл. было проведено 4 тыс. пропагандистских мероприятий. К маю 1945 г. в Западной Украине издавалось около 170 наименований советских газет1430.
Для борьбы с ОУН и УПА были организованы истребительные батальоны, формирование личного состава которых осуществлялось на местах (в то время как командовал этими подразделениями Центральный штаб истребительных батальонов при НКВД СССР; с 1 декабря 1944 г. штаб перешел под контроль Главного управления по борьбе с бандитизмом). Поначалу в каждом из западноукраинских батальонов насчитывалось по 100-159 человек. Впоследствии, когда тактика партизан изменилась, батальоны были разделены на отряды по 25-50 или даже по 10-12 человек в каждом. Ряды истребительных батальонов пополнялись главным образом из числа людей, для которых ОУН и УПА представляли опасность. Первое время служба в истребительных батальонах была бесплатной: многие местные жители - крестьяне, демобилизованные красноармейцы или их родственники, амнистированные члены ОУН-УПА, жители восточных областей Украины, родственники которых были убиты ОУН-УПА, представители этнических меньшинств, в частности поляки, и др. - становились их членами, чтобы попросту защитить себя и своих родственников. До 40% личного состава истребительных батальонов Дрогобычской обл. составляли поляки. Советские власти также организовали группы содействия истребительным батальонам, ряды которых состояли из легковооруженных сельских активистов. На 1 января 1945//1946 гг. в истребительных батальонах Западной Украины насчитывалось 23 906//39 727 человек, а в группах содействия - 24025//26000 человек соответственно, что превьпиало актуальное на тот момент количество партизан ОУН-УПА1431.
В первые послевоенные годы ситуация на Западной Украине напоминала гражданскую войну. Истребительные батальоны не только защищали местное население от действий ОУН-УПА и бандитизма, но и совершали многочисленные преступные действия, зачастую вследствие алчности или желания отомстить за преступления ОУН-УПА. УПА относилась к истребительным батальонам как к потенциальным источникам оружия и часто нападала на них именно с этой целью. В период с 1 января по 30 марта 1946 г. только в районе Станиславова УПА разоружила 40 отрядов милиции общей численностью 700 человек, отобрав у них 605 единиц оружия. В июле 1946 г. советские органы власти уволили почти половину личного состава истребительных батальонов, поскольку в эти подразделения, как и в местную милицию, в большом количестве внедрились члены националистического подполья. Новый набор в эти подразделения осуществлялся более тщательным образом,
в том числе были усилены подготовка и индоктринация. В 1948 г. в милицейских подразделениях Западной Украины насчитывалось 85421 человек, в то время как личный состав ОУН-УПА состоял в это время всего из нескольких сотен человек1432.
Очень действенной мерой, использованной для прекращения поддержки УПА и воздействия на население, была депортация. О том, в какой мере это было действительно так, можно судить по тексту донесения оуновца Бурьяна, написанном им 13 ноября 1944 года: «Население целиком падает духом... Отношение населения сильно изменилось по сравнению месяц тому назад. Люди сильно перепуганы арестом и вывозом в Сибирь, теперь вообще не хотят принимать и на квартиры, потому что боятся доносов»1434. Другой член ОУН(б) признавался: «Население смотрит на нас ...как на осужденных к смерти. Сочувствует нам, однако не верит в наши успехи и свою судьбу связывать с нами не желает»1435.