В результате депортаций и других мер украинцы не только перестали доверять пропаганде ОУН, но и стали отказывать УПА в поддержке, все чаще помогая советским властям в их борьбе с националистическими повстанцами. «Как и говорил первый секретарь Львовского горкома партии, самой болевой точкой “бандитов” была их семья»1436. Неудивительно, что еще в феврале 1944 г. Хрущев предложил депортировать семьи выявленных подпольщиков. Первая такая депортация, затронувшая около 2 000 человек, началась 7 мая 1944 г. Многие из этих людей, особенно дети, погибли в пути. Депортируемых доставляли в Республику Коми, Иркутскую обл. и другие отдаленные районы СССР, где им предстояло работать на лесоповалах или угольных шахтах. В 1944 г. было депортировано 12 762 человек, а в 1945 г. - 17 477 человек1437. Крупнейшие депортации приходятся на 1947 г. (77 791 человек), 1949 г. (25 527 человек) и 1950 г. (41149 человек)1438. В целом в этот период советский режим депортировал из Западной Украины около 203 тыс. человек1439, из которых 171 тыс. человек были выдвинуты обвинения в принадлежностиили поддержке ОУН-УПА (или в родственной связи с членами этик организаций)1440. Большинство депортированных составляли женщины и дети, чьи мужья и отцы были членами ОУН-УПА, скрывавшимися в лесах или ранее погибшими в боях с советским режимом. При выезде с места жительства каждая семья имела право взять с собой до 500 кг вещей. Остальное имущество подлежало конфискации. Депортация варьировалась в сроках от 5 до 25 лет1441.
Депортация была типично советским способом решения политических проблем, причинявшим людям большое горе. Тысячи западных украинцев были депортированы только за то, что их родственники состояли в ОУН-УПА, или потому, что их обвиняли в поддержке этих организаций (но мы знаем, что как участие, так и поддержка могли
быть принудительными). Эти люди могли быть и вовсе не виновны. Однако из-за преступлений, совершенных ОУН-УПА, депортация вызвала в западноукраинском обществе разноречивые эмоции, о чем свидетельствует, например, такой эпизод. 21 октября 1947 г. одна женщина, случайно оказавшаяся у депортационного поезда, задала вопрос другой женщине, которая ожидала отправления: «Чего ты ревешь? Нужно было реветь раньше. До этого наверно смеялась, когда твой сын убивал моего мужа, а я тихо плакала у детской осиротевшей кроватки. Я знала, что за мои страдания Вы ответите вдвойне, и я не ошиблась. Вам и только Вам отвечать за наши бедствия, за слезы осиротевших детей, вдов и старух, отцы и мужья которых погибли от рук твоего сына и других бандитов»1442.
Другой мерой, ослабившей, наряду с депортацией, позиции УПА, была коллективизация, с помощью которой советские власти пытались не только изменить способ организации сельского хозяйства, но и создать трудности для поставок продовольствия повстанцам. В 1947 г., вслед за началом коллективизации, было депортировано 77 791 человек, две трети из которых были членами семей середняков и кулаков - зажиточных или даже богатых, по советским стандартам, людей1443. В Западной Украине коллективизация была завершена раньше, чем в Белоруссии, что говорит о том, что конфликт с ОУН и УПА послужил причиной ее ускорения. К 1950 г. 98,7% всех западноукраинских хозяйств стали колхозными. Большинство крестьян вступали в колхозы не добровольно, а из страха или под давлением обстоятельств1444, при этом именно эти люди чаще других оказывались мишенью террора УПА. Через некоторое время местные жители отвернулись от повстанцев и выступили с их осуждением1445. По словам Статиева, в период ранней советизации Западной Украины главнокомандующий УПА Шухевич заявлял: «Ни одно село не должно признавать советскую власть. ОУН должна уничтожить всякого, кто признает советскую власть. Не напугать, а уничтожить. Мы не должны беспокоиться о том, что люди будут проклинать нас за жестокость. Ничего страшного не произойдет, если выживет только половина из сорока миллионов украинцев»1446.
Еще одним действенным методом искоренения поддержки ОУН-УПА был террор против реальных или предполагаемых пособников и сторонников УПА. Часто сотрудники НКВД (с 1946 г. МВД) и НКГБ (с 1946 г. МТБ) убивали или подвергали жестокому обращению и тех, кто не принадлежал к ОУН-УПА и не совершал никаких преступлений, хотя в официальном порядке такие действия были запрещены1447-Поскольку в НКВД всех западных украинцев считали «бандитами» или «националистами», а преследования невиновных (в виде рапортов о прогрессе в разгроме «бандитских формирований») улучшали статистику