- Имею. – Оборвал меня Вадим всё так же серьезно. – На правах старого товарища – имею. Кто ты такая? Я тебя знаю меньше недели, и меня, в отличие от Витальки, так легко не проведёшь. Сама говоришь, какой он доверчивый и, тем не менее, этой его слабостью пользуешься без зазрения совести.
- Я? Пользуюсь?! – Возмущение моё в этот миг было очень искренним. – С чего ты взял, что я им пользуюсь?!
- Хорошо. Давай по-другому вопрос поставлю. Ты его любишь?
Никогда не думала, что такой незатейливый вопрос может застигнуть меня врасплох. Даже на педсовете в минувшую пятницу я не нервничала так как сейчас. Вадим смотрел на меня в упор, и неуютно мне было от этого взгляда.
- Конечно, люблю. – Язык еле шевелился в пересохшем рту. Из глаз Канарейки вновь выплеснулась холодная насмешка:
- Врёшь. Тебе просто делать нечего. А Виталька надёжный, преданный. За ним как за каменной стеной. Он тебя любит, а ты только пытаешься изобразить ответное чувство. Но это перед ним ты можешь играть. Со мной этот номер не пройдёт, я человека насквозь вижу.
- И чего же ты видишь?! – Я была вне себя от ужаса. Как точно он все понял, словно действительно умел читать чужие мысли! – Чего ты видишь?!
- Вижу, как ты на меня смотришь. Можешь, конечно, отрицать, обзывать меня самоуверенным нахалом, наградить меня манией величия и всё такое прочее. Но хочешь, я скажу, о чём ты на самом деле думаешь?
Я потрясенно промолчала. У меня не было слов. А Вадим продолжал как ни в чём не бывало:
- Ты думаешь: «Я такая красивая, так всем нравлюсь – чем я, собственно, хуже этих вертихвосток, с которыми он шляется? Если бы я захотела, я бы его соблазнила как нечего делать, но ведь это вовсе не означает, что я стану его девушкой, потому что он бабник и будет мне изменять. Поэтому гулять я буду с Виталиком, он ведь кроме меня ни на кого больше не смотрит, а мне это льстит. Виталик – классный парень, добрый, милый, а главное, наивный и ему можно вешать лапшу на уши сколько душе угодно…Можно говорить ему все что угодно – он поверит, можно даже думать вовсе не о нём – он не узнает, можно, в конце концов, и флиртануть с другим – он простит, у него же душа святая».. Только знаешь что? – Голос Вадима повышался с каждым словом, звучал всё яростней и злей. – Если Виталька святой, то я – нет. Я всё прекрасно понимаю и на вещи гляжу трезво, поэтому хочу тебя сразу предупредить: обижать Витальку я тебе не позволю. Если ты сомневаешься в своих чувствах, то лучше не пудри ему мозги и скажи сразу, потому что потом он привыкнет к тебе ещё больше и ему будет намного больнее, чем сейчас. А если уж ты всерьёз решила с ним встречаться, выкинь из головы всю свою дурь и не пялься на меня так открыто, потому что снова выступать в роли хирурга мне, знаешь ли, не хочется! Мало удовольствия ставить на место вывихнутые суставы, тем более у человека, с которым дружишь много лет! А теперь пошли…Виталька ждёт.
Последние слова к делу не относились и были сказаны как бы между прочим. Не дожидаясь меня, Вадим распахнул дверь и вышел из подъезда. Я едва успела вслед за ним.
Морозный воздух вмиг остудил моё горящее лицо. И сделал это весьма кстати. Только бы Виталик не увидел меня в таком состоянии. Я уже не знала, что делать и как себя вести. Никогда мне не было так стыдно, никогда еще меня так сильно не унижали – открыто, в лицо. Только бы не заплакать сейчас от расстройства. Этого не хватало ещё… Будь ты проклят, Вадим Канаренко! Как быстро и безжалостно умеешь ты испортить настроение! А ведь так хорошо всё начиналось…
Глава 23
- Я уже думал, что вы никогда не придете!
Виталик встретил нас на углу дома. Он, казалось, накрепко примёрз к земле ногами и даже не сразу смог пойти нам навстречу.
- Ещё немного, и меня бы даже реанимация не откачала. Чего вы так долго?
- А как ты хотел? Ксюшину маму очаровать – это тебе не дышать свежим воздухом.
- Да меня тошнит уже от вашего свежего воздуха! Ну? Как дела?
- Отлично! Вручаю тебе твою красавицу в целости и сохранности!
Вадим снова был весел и беспечен, словно ничего и не случилось только что между нами в подъезде. А может и правда мне это померещилось? Голова плохо соображала. Радостный Виталик благодарил Канарейку и обнимая меня, не стесняясь прижимал к груди. Святая душа… Наивный…Доверчивый… У меня даже не было сил реагировать на его эмоции – настолько подавляло меня присутствие всевидящего и всезнающего Вадима.
- Ладно, дети мои. Будьте счастливы. Пошёл я!
Пересилив внутреннее напряжение, я всё-таки заставила себя взглянуть на Канарейку. Нет, Воронина права – артист он просто потрясающий! И как ему удается так быстро менять настроение?
- Да ты что, Вадь… - Попытался было возразить Виталик. – Зачем…
- Уймись, Павлецкий. – Ласково перебил друга Вадим. – Зачем я тут нужен? Счастливо оставаться. Завтра встретимся.
Показалось мне это или он действительно посмотрел на меня? Оракул…Так и лезет в душу…Испугать хочет…Сволочь…Но как целуется, бог ты мой!...
