Бликс чуть не отпрянул назад, её прикосновение вызвало в нём странное сочетание ужаса и восхищения, но в конечном итоге ему удалось остаться неподвижным. «Дело было в том, как она смотрела на него», — подумал Бликс и затаил дыхание, пока она не отдёрнула руку. Так смотрят на удивительное растение, заинтересованно, но безучастно. По сравнению с её взглядом, тёмный взгляд Зокоры можно было назвать почти теплым.
— Удивительно, — прокомментировала она, глядя в сторону Зокоры. — Он принадлежит тебе?
— Он пока что нам нужен, — холодно ответила Зокора. — Не так ли, Лиандра?
— Как жаль, — промолвила сэра Дорин, опускаясь обратно на землю. Она посмотрела в сторону Лиандры. — Ты уверена, что не можешь обойтись без него?
— Он… да, — ответила Лиандра. — Уверена. — Только сейчас Бликс понял, что всё это время он задерживал дыхание. Лиандра, казалось, тоже не хотела углубляться в эту тему. Её пристальный взгляд окинул дорогу, повозку и рабов, ненадолго задержался на лошадях, а затем вернулся к тёмным эльфам. — Могу я узнать, что стало с работорговцем и его эскортом?
— Я завладела ими, — с готовностью объяснила эльфийка Дорин. — Они будут хорошо служить роду Язенло. — Она вопросительно посмотрела на Зокору. — Я думала, они были законными трофеями?
— Так и есть, — объяснил Зокора. — Ей просто любопытно.
— Вы поработили их? — в ужасе спросил Герлон.
— Лучшая участь, чем та, что была уготована этим несчастным, — ответила Зокора, указывая на рабов. Когда её взгляд упал на одну из женщин в клетке, та застонала и упала в обморок.
Эльфийка Дорин кивнула.
— Они узнают, что такое послушание, а когда пещеры затуманят им разум, они ещё будут счастливы у нас на службе. Вряд ли они могут просить большего. — Она указала на рабов. — Этого мужчину и двух женщин я пощадила. Я беру только порядочные трофеи.
Похоже, их слова не смягчили священника.
— Боги постановили, что люди должны быть свободными, а не рабами! — пожаловался Герлон.
— Хорошо священник Сольтара, — бесстрастно ответила Дорин. — Даю тебе слово, что отпущу всех своих рабов, как только узнаю, что больше нет людей, порабощающих других людей. — Она улыбнулась, показав ослепительно белые зубы. — До тех пор я буду следовать словам Соланте, которые гласят, что человек пожинает то, что сеет. Если я правильно понимаю вас, людей, это то, что вы называете поэтической справедливостью.
— Но… — начал Герлон, но она покачала головой.
— Никаких но, служитель Сольтара. Не упрекайте нас в том, чего не придерживаетесь сами. — Она сдержанно рассмеялась. — Хотя иногда бывает необычайно забавно слышать подобное из уст людей.
«Очевидно, эту эльфийку было легче развеселить, чем Зокору», — подумал Бликс. Хоть он и не очень ценил юмор.
— Герлон, — вмешалась Зокора, видя, что молодой священник собирается возразить.
— Не спорь об этом. Это наша земля и наше право забрать того, кто без разрешения ступает на неё.
— Как пожелаете, — с достоинством ответил Герлон, хотя было очевидно, что он хотел бы обсудить этот вопрос подробнее.
— Мы можем углубиться в эту тему в другой раз, — решила Дорин. — Тем более что я только что узнала, что наши народы теперь союзники. Это доказывает, что могут произойти события, которые считаются невозможными. — Она озорно улыбнулась. — Я устрою так, чтобы мы встретились снова, священник Сольтара.
Без дальнейших церемоний она раздвинула воздух, словно занавеску, шагнула через открывшуюся тёмную щель и исчезла.
— Э… — начал Бликс, но Лиандра недоверчиво покачала головой и повернулась к Зокоре.
— Я думала, что вы культивируете только священническую магию? — Это прозвучало почти как жалоба.
— Я жрица Соланта, — объяснила Зокора. — Дорин, в отличие от меня, заклинательница. Маэстра. Как и ты. Только она опережает тебя в своем обучении примерно на одиннадцать веков. Тебе бы не помешало смиренно с ней пообщаться.
— Смиренно, — глухо повторила Лиандра.
— В данном случае смирение принесёт обширные знания, — пояснил Зокора. — Хорошая сделка, верно?
Пока майор Меча и Герлон в недоумении смотрели на то место, где исчезла другая эльфийка, Зокора указала на раба, всё ещё стоявшего рядом с повозкой. Очевидно, он не проявлял особого интереса к бегству, но и не застыл в страхе при виде тёмных эльфов. — Ты узнаешь его? Он всё ещё настаивает на том, что вы друзья.
— В самом деле? — удивленно спросила Лиандра, поворачиваясь к рабу. — И кем вы будите?
Мужчина вышел из тени и убрал с лица остатки одежды. Чёрные волосы, резкие черты лица и смуглая кожа подсказали Бликсу, откуда он родом: совершенно очевидно, что он был из Бессарина. Если бы не шрамы от ожогов на лице, мужчина, вероятно, также был бы красив.
— Вы не помните? — вежливо спросил он. — Можно сказать, эссэра, что мы были почти родственными душами.
Майор Меча редко видел маэстру такой изумленной.
— Кровавый Маркус? — недоверчиво спросила она. — Это невозможно!
